«Образомыслие» дошло до Тулы

Неизменный герой наших пародий Владимир Королёв, член правления лито «Родник», получил в Туле от редколлегии тамошнего толстого журнала «Приокские зори» премию «Левша» им. Лескова.

Мы поинтересовались, какая же подборка его стихотворений так высоко была оценена, и решили погреться у огня его славы.

Открыли её – и что за диво! – она сообщила нам такой импульс вдохновения, что нам даже мистически страшно стало, как такая бесталанность может пробуждать в нас нечаянный дар!

«– Чёрная аллея, что не стала белой?

– Ветки пауками перекрыли троп,

И траве пожухлой,

к декабрю испрелой,

Не хватило хлопьев, не хватило...

Стоп!»

Ну как же не продолжить такое лирическое авторское горение, не подкинуть своих веток в его костёр!

Перекрыло тромбами мой бесценный троп.

Не хватило мыслей и таланта… Стоп!

Но хватило наглости премию престижную

Выклянчить напористо с удалью бесстыжею.

Читаешь эту подборку и диву даёшься, – порой даже оторопь берёт, – до чего же здесь безоб'разные образы, если не сказать – безобраз'ные, какие контрастные краски, какое щедрое богатство безмозглого бредового стихообразия:

«Нежная сметана – черная жижа'

Я ведь понимаю: в декабре – межа».

Чувствуется, как барахтается автор в словесной жиже или жиже', да так и хочется его вытянуть из неё. Но к нему уже поспешили на помощь из Тулы и попытались вытащить, протянув диплом с медалькой, да только сами обляпались, не ведая, что творят.

Ну что ж, зато у нас кастальский ключ открылся:

Нежная сметана – чёрная жижа,

Я ведь понимаю: режу без ножа.

И взрезаю души я своей фрезой –

Мастеру Лескову приношу позор.

Образ авторской «фрезы, взрезающей душу» давно нам знаком, и, пожалуй, войдёт в хрестоматии.  

А вот еще про сметану:

«Снег сметанит утром всё окрест»

Очевидно, что чёрное и белое здесь - любимая цветовая гамма у автора.

Ешьте-ка сметану чёрную мою,

Вон как вдохновенно я о ней пою!

Мажьтесь ей как грязью, а не то хана,

Может быть, целебной станет вам она.

Ставьте, туляки, свой тульский самовар

И отметим вместе мой бездарный дар.

Я ещё не то вам срифмовать могу –

То ли на коленке, то ли на бегу!

Что же так подкупило туляков в виршах автора, наименовавшего себя смоленским поэтом?

«…А мы лезем, вила'ми круша,

То, что встроено в сердце России

По травинке, по камню-песку,

Кажем раны, чтоб их просолили,

И грустим, и впадаем в тоску.

А потом – вспоминаем,

Что в жизни есть основа:

Деревня и стог,

И корова, и печка, и брызги,

Родниковый бодрящий исток…

Как не ценим мы наши росинки,

Как мы ветрены в наших делах,

Как мы тратим себя на пылинки,

Как до старости бродим

Впотьмах!»

Это вот такая нескладуха их так подкупила?

Ну, мы её исправим, постараемся, чтобы у нас было более или менее складно и гармонично.

Дайте нам побездарничать вволю

С родниковской бравадой в раздолье,

На Приокские зори взглянуть

И на премию выдвинуть муть!

Пусть хватая за горло и за' ворот,

Недовольных круша и кроша,

То ли вывих мозгов, то ли заворот

В нас кромешная терпит душа.

Ах, душа наша, горе-душонка,

Ах, пропащая наша напасть,

Хоть впотьмах бродишь ты,

Ну да звонко

Не даёшь нашим перлам пропасть!

А дальше тут вроде про осень пошли стихи, что на переходе к зиме. Но мы-то понимаем, что это всё спекуляции на поэтичности, чтобы не сказали, что этот автор не поэт. А чёрно-белое словесное варево продолжается, всё не устаканится никак:

«Чёрно-белая старость

Прожигает ладони –

Эти руки держали страну!»

Масштабные строки, и они, пожалуй, в этой подборке самыми  что ни есть являются такими. До зуда хочется их подхватить и продолжить.

Прожигают ладони,

Что держали страну,

Годы нам до агоний,

И – вменяют в вину.

Годы – гады и кони –

Нам сегодня видны

Через дыры в ладонях,

Но без всякой вины!..

Многие авторы, пишущие стихи, просто обречены на непонимание. Вот и наш автор это ощущает на себе и делится своей обеспокоенностью:

«Из существ на земле

Всех понятливей кошка.

Марш «Славянка»

Пронзительней слёз».

А нам остаётся ему только вторить, врастая в контекст его «шедевральной» поэтизации мира:

Я справлял торжество,

Марш исполнил «Славянку»,

Ни с того ни с сего,

Под слезу и сливянку.

Пусть не гонят, браня,

Мой песняк под гармошку.

Понимают меня

Только драные кошки.

Правда, в Туле нашлись

Доброхоты-ребята,

И медаль от «Левши»

Прикололи по блату!

:В одном из стихотворений здесь у автора недвусмысленно:

«И страсть, и малина, и ветер,

Сивухи густой перегар,

И зимнего бала конфет'ти,

И гулкий ремонтный ангар…»

Такое перечисление первых попавшихся предметов, даже не образов, потому что до художественных образов и мыслей им далеко, даёт нераспаханную ниву для пародийных упражнений, когда бы не было так скучно, увы… Единственное интересное слово здесь «конфет'ти» так и хочется скушать его, как конфету, а на выходе оказывается – это конфетти', окрошка из блескучих бумажек. Подобный образ несут в себе и выше- и нижеприведённые вирши нашего автора.

Само стихотворение посвящено Андрею Полтораку. Интересно, как этот, в общем-то, интересный поэт, воспринял все эти опусы?

А там, на Оке в тульской местности, где блуждают Приокские зори, наверное, неплохо порыбачили, недаром это подвигло нашего автора на стихотворение «Русская забава».

«Ах, эта русская забава,

Ах, это счастье в пять утра.

Удилищ свист, в росе отава –

И междометный вопль нутра!»

Вот и нам позабавиться захотелось, размять свои мозги, очистить душу от наносного и бренного.

Когда рыбалка, то с утра

У нас крикливые нутра.

Вопим, у рыб нутра взрезая,

Всё перегаром покрывая!

Как вы сами понимаете, стихи автора закавычены, и у нас с ними получается некая перекличка.

«Нам и язи, и щуки кстати,

Но их величество налим,

Он, если печень не истратил,

То будет трижды восхвалим!»

Нет, здесь брать надо выше и значимее! Что там какие-то рыбы, когда речь идёт о нас, любимых и талантливых, и даже немного признанных, правда, скорее всего, такими же серостями в литературе, коптящими с неровно вспыхивающими язычками пламени, считая, что они яркие:

И мы под это дело, кстати,

Своим величествам налив,

Чуть было печень не истратим,

«Левшу» за это получив!

«Образомыслие» – так названа одна из книжек нашего  автора. В этом ряду можно ещё такие неологизмы подобрать, как образосмыслие или смыслообразие? Логично?!

Наш автор назван первым мастером слова, получивший такую «престижную» премию в Туле!.. А точнее было бы назвать его: первый ломастер слова.

А тулякам видно, надо было уточнить свою номинацию и вручить премию «за клоунские стихи». Ведь нам показалось, что это награждение ни что иное, как плевок в сторону выдающегося писателя Лескова. И законодатели этой премии, похоже, совершенно не понимают, что позорят своего знаменитого земляка!

Фотогалерея