Экспонаты должны жить вечно!

  Посвящается 90-летию врача, краеведа и писателя Нелли Никаноровны Кравклис

Высокий потолок кабинета Союза писателей Смоленской организации был хорош тем, что не создавал иллюзию давления. Я был приглашён на церемонию принятия в члены писательской организации. На душе было немного торжественно и покойно, как перед выпиской из больницы. Серьёзные лица членов приёмной комиссии давали шанс быть посвящённым в писатели. Я стоял, облокотившись о косяк двери. Рядом стояла довольно пожилая женщина, с лихо надвинутой кепкой морского капитана. Из-под блестящего, словно надраенного сапожной ваксой козырька фуражки, торчали седые до прозрачности волосы.

«Интересная «старушка» наверное?» − эти слова, пока единственные, лезли в опустошённый мозг.

На вопрос приёмной комиссии: «Расскажите о себе», который был задан в лоб, я пролепетал про свои экспедиции по Азии и первый, довольно тощий, сборник рассказов, который издал в Санкт-Петербурге.

Когда начали представлять «старушку» и перечислять её труды (именно труды), мне показалось, что рассказывают о целой бригаде архивных работников, которые, трудясь неустанно в течение века, смогли создать то, что донесла в своих книгах Нелли Никаноровна Кравклис.

Когда начала говорить она сама и рассказывать о первопроходцах, выходцах со Смоленщины, я был потрясён. Первое, что удалось осмысленно переварить, – это рассказ о Четыркине, соратнике Петра Кузьмича  Козлова.

Биографии Пржевальского и Козлова - кумиров с детства - мне были известны лучше, чем  собственная. Но тут оказалось, что не двух первопроходцев-исследователей родила смоленская земля, а трёх!

Не познакомиться с Нелли Никаноровной я не мог. Когда  подошёл к ней, выразил своё восхищение ее открытиями, заметив, что работая в экспедициях по Средней Азии, неоднократно пересекался с тропами Пржевальского, Козлова и Четыркина. Она взяла меня за руку цепкими пальцами и сказала:

− Завтра  жду  в музее, − и назвала адрес: «улица  Дзержинского, 11».

Знакомство с произведениями Кравклис началось на второй день. Она сразу подарила пять своих книг. Удивительно,  как  кандидат медицинских наук, бывший преподаватель в медицинской академии на кафедре факультетской терапии, шахматист и страстный шофёр-любитель, вдруг становится исследователем Центральной Азии?! Перелопачивает тонны бумаг в архивах, и  не только в России.  Пишет биографии знаменитых смолян-первопроходцев П.К.Козлова и Н.М.Пржевальского.  Делает  открытие – возвращает России забытое имя Сергея Сильвестровича Четыркина, друга и соратника княгини Марии Клавдиевны Тенишевой. Он являлся участником Монголо-Сычуаньской экспедиции П.К. Козлова  1907-1909 годах, В.А. Русанова в 1910 году  на Новую Землю и… был забыт в России после эмиграции в 1919 году. За границей он проводил  исследовательские работы вместе с профессором В. Биби в Британской Гвиане, Атлантическом и Тихом океанах, Саргассовом и Карибском морях. Изучал  Босфор и Панамский канал, спускаясь на дно в недавно изобретённых водолазных костюмах.

Началось всё до банальности просто. Рассказывает Нелли Никаноровна: «Жизнь моя изменилась в 1993 году. Произошло это как-то неожиданно. В газете «Смоленские новости» была опубликована небольшая статья «Судьбы людские». Некий Четыркин, сын русских эмигрантов, проживающий в США, просил помочь разыскать его родственников в России, указав, что отец родом из Смоленской губернии. Я сочла, что человек страдает ностальгией по родине своих родителей, и решила помочь русскому американцу в поиске его родных».

     Первые открытия оказались настолько ошеломляющими, что привели за последующее десятилетие к написанию и выходу книг: «Путешественник Сергей Четыркин», «Род Четыркиных – 200 лет на службе России»  и «Род Четыркиных в наше время».

     Непосредственная связь С.С. Четыркина с П.К. Козловым, привела к исследованию деятельности последнего и написанию книги «Жизнь и путешествия Петра Кузьмича Козлова». Всем известно, что Пётр Кузьмич являлся учеником Н.М. Пржевальского, и для Нелли Никаноровны невозможно было обойти эту знаковую фигуру. Его имя   постоянно встречалось ей при работе с архивными документами. Появляется издание «Сплетение судеб», рассказывающее о взаимосвязи трёх смолян-исследователей. К 175-летию со дня рождения Николая Михайловича выходит юбилейное издание «Николай Пржевальский – великий сын земли смоленской». Этим произведением она подводит итог своей двадцатилетней работы,  неутомимых исканий: «Редчайший случай в истории: в одной и той же губернии на небольшом временном протяжении родились три человека, судьбы которых оказались счастливо сплетены: все трое – смоляне, по отношению друг к другу – учителя и ученики: Пржевальский - учитель Козлова, Козлов - учитель Четыркина; все они путешественники, исследовавшие одну и ту же территорию: полудикую, неведомую ещё в то время Центральную Азию».

Параллельно с изучением архивных материалов и написанием книг Нелли Никаноровна сотрудничает с газетами и журналами: пишет статьи об исследователях. Она одной из первых  говорит о разведывательных миссиях наших исследователей в своих статьях «Геополитик Николай Пржевальский» и «Подвиг разведчика Пржевальского».  Эта тема мною развита, дополнена документами и выпущена в печать в виде брошюры «Секретные миссии смолян-первопроходцев». Нелли Никаноровна одной из первых обнародовала версию об устранении  Пржевальского английскими спецслужбами, выдвинутую доктором исторических наук, профессором А.Колесниковым: «Вскрытие не производилось, объяснение смерти заболеванием брюшным тифом выглядело весьма предположительно. Данные обстоятельства позволяют выдвинуть иную гипотезу смерти великого путешественника, которую сегодня нельзя ни подтвердить, ни отрицать, – отравление медленно действующим ядом».  Это предположение мною опровергнуто в книге «Последняя верста к подножию неба», которая вышла к 180-летию Н.М. Пржевальского в 2019 году. 

В 2005 году создаётся общественная организация «Памятник смолянам-путешественникам»  и образовывается музей, украшением которого становятся бюсты Пржевальского, Козлова и Четыркина, выполненные  смоленским скульптором Константином Фёдоровичем Куликовым. Дизайн экспозиции осуществил архитектор Виктор Романович Демченко, фотографиями занимался Владимир Щукин, а спонсировал необходимые приобретения Александр Дмитриевич Прохоров. Объявляется конкурс на  создание памятника, утверждается победитель конкурса, выделяется место для установки монумента, собираются средства. Но время и судьба идут по своему расписанию, к которому мы порой не готовы: небольшая сумма, пожертвованная жителями на сооружение памятника, «сгорает» в «Смоленском Банке» после его крушения. Из этих денег общество успело  потратить малую толику на  памятную доску, которую прикрутили к привезённому камню, установленному на выделенном участке под сквер Первопроходцев. Соседство с бюстом первого космонавта планеты  Гагарина и проспектом его имени давало этому ансамблю шанс стать неповторимым и единственным местом в России, соединившим в себе неординарных людей, сумевших завоевать симпатию и любовь всего мира,  и остаться ПЕРВЫМИ в Космосе и на Земле!  Смолянами-первопроходцами! Но, к сожалению, этим начинаниям не суждено было сбыться.

После нашего знакомства Нелли Никаноровна соглашается с  просьбой переименовать название «Музея путешественников» в «Музей смолян-первопроходцев», а также разместить  экспонаты из моей личной коллекции, собранные во время экспедиций по Средней Азии, которые хорошо вписались и разнообразили экспозицию. И наделяет меня  правами  хранителя музеем.

С декабря 2014 по май 2015  года в помещении музея проводились лекции и встречи с интересными людьми. Выставка книг, приуроченная к «Году литературы», по разделам: «Альпинизм», «Геодезия и картография», «География»,  «Моря и океаны», «Писатели об экспедициях», «Смоленск и смоляне», «Туризм»,  «Горы и альпинизм» – особенно привлекала посетителей. В конце апреля прошёл вернисаж рисунков и картин, выполненных автором данной статьи в период его работы в экспедициях по Средней Азии. Для всех желающих двери музея всегда были открыты. Здесь же была написана и вышла первая брошюра о местах, расположенных вокруг могилы Н.М.Пржевальского в Республике Кыргызстан.

Мы никогда не готовы встретить беду. Не только желание видеть её, но и  мыслить о ней.  Нелли Никаноровна не смогла пережить уход сына из жизни.  Она стала просто  существовать.  Жизнь будто в сомнамбулистическом сне продолжалась несколько месяцев. Весна 2015 года стала для Нелли Никаноровны последней – 19 марта 2015 года её не стало.  Она не успела передать мне никаких указаний, и по прошествии некоторого времени музей пришлось перевозить в   школу № 10 по улице Гастелло в Садках.  

Ободранные стены, гнилой пол, серые, непроницаемые окна, пучеглазые пауки в углах, как задернованные иконы, и в середине этой забывчивости сваленные в кучу бывшие экспонаты школьного музея: стреляные гильзы с места боёв, кувшины, цветастые сарафаны, древний наконечник сохи, детские рисунки, лапти, книги, герб СССР, старая прялка и бюст Ленина. Три месяца выскребалась, ремонтировалась и обживалась комната. 1 сентября 2015 года музеи «Смолян-первопроходцев» и «Школьный краеведческий», совместившись в одном помещении,  приняли первых посетителей.

Музей начинает работать в полную силу. Отмечаются 85-летие Нелли Никаноровны Кравклис, 140-летие Сергея Сильвестровича Четыркина. Проводятся встречи, диспуты и вечера. Главное − писались книги. Выходят брошюры «Секретные миссии смоленских первопроходцев» и статья-сенсация «Трудный путь к истине», разбивающая в дребезги версию гибели Пржевальского от брюшного тифа. Автор ведет переписку с «Музеем Козлова» из Санкт-Петербурга и внучатым племянником Сергея Четыркина Петром Четыркиным из американского штата Нью-Джерси. Собирает материал и постепенно заполняет «белые пятна» героев музея.

Экспозиция  разрасталась, жители города и краеведы приносят экспонаты. К сожалению, школе понадобилось помещение для новообразованного класса. С августа 2017 года начались поиски нового пристанища, которые не привели к положительному результату. И было принято, наверное, самое правильное решение: подарить   «Музей смолян-первопроходцев»  городу Починку.  Экспозиция размещается в краеведческом музее, где 1 апреля 2018 года, в день рождения Н.М. Пржевальского, состоялось её открытие.  Главным достоинством этого переезда является то, что именно Починковский район является родиной Николая Михайловича. В деревне Кимборово он прожил с 1839 до 1881 годы и переехал в село Слобода по причине строительства железной дороги «Рига-Орел», которая своим шумом распугала живность и уничтожила так любимую Пржевальским тишину. «Это мешало не только работать, но и отдыхать».

Работы по изучению исследовательской деятельности Николая Михайловича Пржевальского, Петра Кузьмича Козлова и Сергея Сильвестровича Четыркина ведутся постоянно. Изучение  материалов в Московском военно-историческом архиве, в Учёном архиве Географического общества Санкт-Петербурга, в библиотеках Смоленска, Москвы и Санкт-Петербурга открыли новые страницы из жизни смолян-первопроходцев: «…Н.М. Пржевальский ходатайствовал перед военным руководством о предоставлении ему, помимо обычного оружия, одного лёгкого пулемёта – так называемой митральезы системы Максима, проходившей в то время полигонные испытания. Мотивировал он свою просьбу тем, что его экспедиционный караван может подвергнуться в Тибете нападению большого отряда воинственно настроенных туземцев. Вместе с тем, как отмечал Пржевальский, «представляется возможность практически подробно изучить выгоды и недостатки этого оружия при многоразличных условиях обстановки путешествия». Этим сказано, что Пржевальский, как военный человек, брал на себя и испытание новых видов оружия.

Один из главных документов, которым располагает автор, – это последняя запись в дневнике Н.М. Пржевальского, сделанная им 5 октября 1888 года в городе Пишпек. Она  была предоставлена  Учёным архивом географического общества Санкт-Петербурга. Благодаря этому документу была написана статья, которая полностью реабилитирует Николая Михайловича по причине его гибели, будто «выпил воды из реки, заразился брюшным тифом и умер».

Начиная с первого биографа Дубровина Н.Ф,, выпустившего первую книгу о Пржевальском в 1890 году, эту версию в течение 130 лет повторяли все биографы, включая и смоленских исследователей – Репина, Гавриленкову и Кравклис. Мною доказано, что Николай Михайлович не был заражён речною водой и тем самым не нарушил общепринятых правил поведения в незнакомой местности: «не употреблять воду и продукты, не прошедшие термической обработки», которые первым должен был соблюдать, как руководитель экспедиции.

По деятельности Петра Кузьмича Козлова, касающейся   его археологических изысканий в мёртвом городе Хара-Хото, выявлены ранее не известные факты. Приоритет в открытии «Города мёртвых» принадлежит агенту русского Генерального штаба, сподвижнику П.К. Козлова, исследователю Монголии, Тибета и Синцзяня Цокто Бадмажапову. В  дневнике за 1907 год он пишет: «Местность, в которой расположены развалины Хара-Хото, представляет из себя долину, расположенную на севере-западе от Алашаньских больших песков. Сами развалины «Хара-Байшин» (второе название «Мёртвого города») представляют собою обычную характерную внешность китайских городов…». О своём открытии он сообщает П.К. Козлову, который в 1908 году отправляется в долину Алашань, имея при себе письмо Бадмажапова и фотографии «Мёртвого города». Но этот факт нисколько не принижает участие в этом огромном открытии  Петра Кузьмича Козлова. Благодаря его стараниям были найдены бесценные экспонаты, которые   увезены на двадцати верблюдах  и  в настоящее время хранятся в Эрмитаже. Не по вине Петра Кузьмича было забыто имя Цокто Бадмажапова,  который был обвинён в контрреволюционном заговоре против МНР, расстрелян в 1937 году и предан забвению.

В путеводителе «Аскания Нова»  по национальному парку нет даже упоминания о Петре Кузьмиче Козлове. В период его  работы  в заповеднике Аскания-Нова во время гражданской войны ему приходилось отбиваться и спасать обитателей от разъярённых вояк противоборствующих сторон: красных, белых, махновцев и членов других банд. Его дважды приговаривали к расстрелу. «Белые» за то, что служит Советской власти, а «красные», за то, что он бывший царский генерал. Журнал «Природа» за 1919 год публикует статью: «Около 40 снарядов 3-дюймового калибра легли в области зоопарка, оставив в память о себе воронки или поломанные деревья и уничтожив окончательно шесть зубро-бизонов и яков, находившихся в загоне. В течение этого времени (с 10.12.17 по 8.04.18 гг.) через Асканийский культурный уголок проходили части войск враждебных лагерей…».

В музее появились интересные экспонаты, предоставленные жительницей Смоленска Ириной Петровной Чернышовой. Она передала в фонд экспозиции фотографии и личные вещи своего отца Чернышева Петра Кузьмича (1896-1966), который в период гражданской войны воевал на Перекопе и был участником боёв в районе Аскания-Нова.

В переписке с внучатым племянником С.С. Четыркина из американского штата Нью-Джерси Петром Четыркиным выявляются новые факты из биографии Сергея Сильвестровича. Начинает  проясняться «белое пятно» между  эмиграцией из России в 1919 году и началом работы в экспедиции у профессора В. Биби в 1921 году. Предположительно, что в это время С.С. Четыркин находился в Париже у княгини М. К. Тенишевой. Но пока документальных подтверждений эта версия не нашла. После освещения событий по случаю 140-летия С.С. Четыркина на сайте Союза писателей из Москвы пришло сообщение, что отыскалась внучатая племянница Сергея Сильвестровича.  Это Лидия Сергеевна Никифорова-Русинова – супруга актёра Ивана Русинова. С ней  поддерживается постоянная связь.

С середины 2020 года идет работа по разгадке неизвестной девушки  из альбома Н.М.Пржевальского, о которой биограф Е.П.Гавриленкова в своей последней книге «Неизвестные страницы жизни Пржевальского» обозначила: «Фото незнакомки из личного альбома Н.М.Пржевальского». Пути поиска уже довели до Парижа. Автор надеется к 185-летию Н.М.Пржевальского закончить разгадку столь интригующей тайны и выпустить статью, название у которой уже есть, - «Парижская тайна Пржевальского».

 Коллекция в настоящее время содержит:  четыре  бюста, около 300 фотографий, копии  всевозможных документов. А также более пятидесяти подлинных экспонатов, среди которых геодезические приборы, охотничьи трофеи  и предметы культа буддизма, более 30 книг о путешественниках, цветные ксерокопии старых карт, картины, подарки из Америки от внучатого племянника Сергея Четыркина – Петра Четыркина и подаренные книги от писателей и поэтов, посещавших музей. На одном из главных стендов сохранения памяти находятся чаши с землёй мест рождения и смерти героев музея. Они собирались со всего мира: в Смоленске, Кимборове, Духовщине, Санкт-Петербурге, на озере Иссык-Куль и в американском штате Нью-Джерси.  Сотрудники Починковского краеведческого музея трепетно хранят экспозицию смолян-первопроходцев, начало которой положено писателем и краеведом Нелли Никаноровной Кравклис. 

Фотогалерея