Привязанность

«О, как убийственно мы любим…»       Ф.И.Тютчев

Пролог (почти детективный)

Принято начинать повествование, как говорят, сначала. Мы нарушим это никем не закрепленное правило и сразу сообщим печальный конец. Преждевременно, трагически умирают главные герои нашего рассказа: один в 17, другой в 50 лет.

Как они могли попасть в одну историю? Ответ на этот вопрос лежит в области географии и педагогики. Оба из Петербурга. Оба, но не одновременно, работали учителями барских недорослей в одном имении.

Кто же виноват в их гибели? Предположений на этот счет оказалось достаточно.

Первое (простое): это был незримый поединок каждого из героев с неумолимым временем. Второе (в духе русской скорбной ментальности): виноваты - все! Третье (заимствовано у веселых французов):Cherchez la femme, что буквально означает «ищите женщину».

Последняя версия нам показалась наиболее интересной. Мы нашли эту женщину. Знакомьтесь - Ольга Петровна Семенова
Если кто – то заранее подумал о ней плохо, - напрасно. Не следует путать коварную женщину с женщиной роковой, устроенной так помимо ее воли.

По воспоминаниям брата Вениамина: "... сестра, получая только домашнее образование со сдачей в конце экзамена при 6-й мужской гимназии на звание домашней учительницы, прекрасно занималась и общими предметами".

Овладела тремя европейскими языками. Любила музыку, играла на фортепиано, пела. Отец приобщил Ольгу к живописи. В 1880-е годы она училась в рисовальной школе Общества поощрения художеств в Петербурге.

В семье основной акцент ставился на формирование высоконравственной, глубоко религиозной личности, воспитанной в соответствии с канонами и нормами христианства.

1.Усадьба Гремячка Данковского уезда Рязанской губернии. Карл

Большая и дружная семья Семеновых проводила все лето в деревне Гремячка, самой процветающей в округе. Владельцы усадьбы славились гостеприимством и хлебосольством. Их желанными гостями были общественные деятелями, представители науки, искусства, члены их семей. Среди приглашенных бывал и профессор Петербургского университета Владислав Феофилович Кеневич - известный писатель и литературовед. В кругу знакомых и учеников он славился добротою своего сердца, образованностью и незаурядным умом.

Летом 1882 года появился в Гремячке его сын – приятный воспитанный юноша. Его звали Карл. Молодой человек был превосходным музыкантом и мечтал поступать одновременно в консерваторию и в университет.

-Нет, нет, - это не Карл. Примерно так выглядел гимназист старших классов. Хозяева пригласили Кеневича - младшего к своим сыновьям в качестве учителя музыки.

Летом 1883 года он продолжил занятия со своими юными учениками. Тогда - то близко и познакомился Карл с дочерью владельца поместья Ольгой. Они влюбились друг в друга первой, чистой, юношеской любовью и признались в этом.

Рано осиротевший юноша нашел в девушке, которая была старше его на три (четыре) года, не только любовь, но и почти материнскую заботу и ласку. Романтические отношения длились все лето. Случилось так, что Карл по каким-то делам  должен был уехать в Петербург на несколько дней раньше всех. Стоял чудесный теплый день «бабьего лета». Конный экипаж уже отъехал далеко от дома, а юноша все оборачивался и оборачивался, пока усадьба не превратилась в точку. Глаза его были полны слез, но он не стыдился их.

Расставание оказалось трудным для обоих влюбленных. А поздней осенью случилось несчастье - Карл впал в меланхолию. Как выразились бы современные психиатры, депрессию. Общественное мнение и воспитание молодых людей в 19 веке ставило им почти неодолимые препятствия для встреч.

«Жениху долго оставалось ждать свадьбы (не менее пяти лет), считая предстоящий ему последний год гимназии. Он не хотел стеснять невесту собой, или по какой-либо другой причине, но только в ноябре, неожиданно для всех, отравился фосфорными спичками».

Первые фосфорные спички, с головкой из белого фосфора, привезли в Россию в1836 году. Они загорались при трении о любую поверхность, что нередко приводило к пожарам, кроме того, белый фосфор был очень ядовит.  Стали известны случаи отравления им, с целью самоубийства, стоило только проглотить несколько спичечных головок.

Считалось, что несчастного влюбленного еще можно было спасти, но мачеха растерялась и дала ему по ошибке не то противоядие.

Карл Владиславович Кеневич умер 17-летним юношей и был похоронен на Смоленском лютеранском кладбище в Петербурге. Это событие потрясло всех, особенно, Ольгу - его «тайную» невесту.

Из письма Ольги своему отцу о Кеневиче:

«Я, без всякой задней мысли, ответила на привязанность человека, — юноши, который невольно привлек любовью своей ко мне, и всеми несчастьями своей короткой жизни, и, наконец, — главное, своим духовным обликом.

Моя привязанность была самая чистая, самая искренняя и, если я когда его огорчала чем-нибудь, то уж совсем невольно и бессознательно.

И вот, любимый человек поканчивает с собой.

Такая это грустная, такая тяжелая история!

Годы проходили, но я не могла ни забыть того, что было, ни привязаться к кому-нибудь другому.

Было несколько случаев, когда я могла выйти замуж, но я все вспоминала, что было у меня отнято, и все жила своими мучительными невеселыми думами».

2. Нил. Талашкино (д. Бобыри)

Нил Гоголинский родился в 1844 году в городе Торопце. Он окончил Петербургскую Академию художеств. Ещё в период учёбы рисовал сельские пейзажи, которые в 1868—1869 годах были удостоены нескольких серебряных медалей второго и первого достоинства. После окончания академии Нил Алексеевич преподавал в рисовальной школе при Обществе поощрения художников, где училась наша героиня. Его работы были представлены в Русском музее, в Третьяковской галерее. Акварели академика живописи великолепны. 

Прошло около двух лет после гибели Карла Кеневича. И на семейной фотографии Семеновых, сделанной летом 1885 года, мы видим лица нового романа.

Брат Ольги Вениамин о Гоголинском:

« Был он высокого роста, чрезвычайно худощав и желтолиц, некрасив, с прядями волос неопределенного цвета и жиденькой, небольшой бородкой, сильно курил.

У него была жена — немка, старше его, жившая в его имении Торопецкого уезда Псковской губернии и дочь-подросток.

Жена, работавшая сестрой милосердия, ухаживала за ним во время его серьезной болезни, и он на ней женился из признательности».

Нил Алексеевич был одним из первых художников, посетивших Талашкино, где работал каждое лето и давал частные уроки княгине Тенишевой. В своих мемуарах Мария Клавдиевна описывает последний земной день художника:

«… Один из мирных, счастливых летних сезонов был омрачен смертью моего друга и учителя Гоголинского.

Случилось это 7 июля.

Мы в этот день собрались копать курганы на Соже, в двух верстах от дома.

Гоголинский в этот день был очень весел.

Домой вернулись поздно, за обед сели в восемь часов.

После обеда — погода была так хороша, что в комнатах не сиделось.

Вернувшись к чаю, я вдруг заметила, что между нами нет Нила Алексеевича.

За ним пошли, заглянули в его комнату, обошли весь дом и парк, опять забежали в его комнату — его не было.

Нас это обеспокоило. Пошли искать.

Прихватили с собой прислугу с фонарями.

Минуты казались вечностью…

Вдруг из глубины леса чей-то голос произнес: "Вот он!"

— Что сердце? бьется?…

— Нет. Все кончено…

Слова эти падали, как тяжелые удары.

Не стало моего друга, тихого, сердечного человека, честного труженика.

У него была чудная душа, и от дружбы с ним делалось теплее на сердце…

Где-то в провинции у него была жена и дочь, но на наше извещение никто не откликнулся и не приехал.

Решено было похоронить его в ограде нашей приходской церкви, в селе Бобырях, в шести верстах от Талашкина.

Из письма Ольги своему отцу о Гоголинском:

«В эти годы — ко мне привязался один человек.

И тут уж не знаю, хорошо ли я поступила — суди меня как знаешь.

К нынешней осени Нил Алексеевич был бы уже формально разведен со своею женою, а зимою я ему дала слово выйти за него замуж, на том условии, если ты дашь на это свое согласие.

И вот как все кончилось! (Нил Алексеевич умер 7 июля 1895).

Ведь если бы я даже не решилась связать свою жизнь с его жизнью — потеря такого человека — страшное горе! Как я это пережила — не знаю!

Смерти теперь мне более всего хочется, она мне представляется такой отрадной, но вопреки всем невыносимым страданиям — я не чувствую за собой права самой расправиться со своею жизнью».

Трудно представить, как и чем жила Ольга Петровна после чреды личных трагедий: когда и не жена, и не вдова?!

«Смерти теперь мне более всего хочется…», - звучит, как мольба о помощи.

Спасти человека в такой критической ситуации сможет только искренне любящий надежный друг.

Таковым был отец Ольги.

Когда - то, на вопрос: «Ваша любимая добродетель?» - он отвечал:

«Любовь к человечеству вообще, и к каждому человеку в особенности, полная сочувствия к его достоинствам, снисходительная к его недостаткам, отзывчивая к его страданиям, всегда готовая облегчить их».

Петр Петрович помог дочери определить ее социальное предназначение, реализовать имеющиеся у нее таланты. Ольга серьезно занялась наукой этнографией.

Собранные материалы Тян-Шанская передавала этнографическому отделу Русского музея, с которым сотрудничала. Параллельно успевала выставляться как художница-пейзажистка.

В прологе мы подняли тему роковой женщины, ее роли в жизни других людей и никак ее не разрешили. К нашему великому удивлению, этот вопрос изучала к.ф.н., доцент кафедры прикладной политологии НИУ ВШЭ (Санкт-Петербург), Ирина Владимировна Сохань. Автор 60 публикаций в области философии повседневности Ирина Владимировна провела большое аналитическое исследование - «Роковая женщина – не до конца разгаданный и малоизученный наукой феномен». Приведенные ею характеристики такого рода женщин сопровождаются интересными примерами. По мнению И. Сохань, ведущая сила Femme Fatale  не в убивающей наповал сексуальности, а в наличие изрядной доли нарциссизма.

Похожие материалы

Это кто тут такой дюже умный?!

Это кто тут такой дюже умный?!

Героиню рассказа звали Лара. Это странное, по деревенским понятиям, имя дал ей отец, когда вернулся к родам жены из города. Бабы судачили, что у него в районной чайной была зазноба - Лариса. Ее карминовые губы, беленькая накрахмаленная коро...

Романс

Романс

Впервые мне довелось услышать романс «Ландыш» в возрасте тинэйджера. Смоленск. Канун лета. Настежь распахнуты окна бабушкиного дома. Теплый ветерок слегка колышет ситцевые занавески. Палисадник полон ярких цветов. Из дешевенького радиоприем...

Как твоя фамилия?

Как твоя фамилия?

Дорогой Макарушка! Позволь тебе на карандаш предложить свои «размышлизмы», появившиеся на свет после посещения одной чиновничьей конторы. Полагаю, что моя статья станет дополнением к твоим эссе, изобличающим язвы нашего времени.  С ува...