Логика следователей, или о том, Как ломают судьбы людей из-за палочной отчетности

В почте журнала «Смоленск» много писем о так называемых межевых войнах. Истории на удивление похожи одна на другую. Чаще всего земельные споры возникают по какому-то пустяку после развода бывших супругов, разлада между родственниками или соседями. Но за ним начинается битва не на жизнь, а на смерть зачастую из-за  считанных квадратных метров земли, которые мирно не поделили. 

Великий знаток человеческих душ Николай Васильевич Гоголь в свое время в повести «Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифорович» образно описал конфликт соседей из-за межи: Иван Иванович и Иван Никифорович начинают мелочно вредить друг другу: Иван Никифорович строит гусиный хлев на месте перелаза через плетень соседа, а Иван Иванович ночью подпиливает эту постройку, ребятишки Гапки, служанки Ивана Ивановича, бывают выпороты при попытке перелезть к Ивану Никифоровичу.

В нашей истории до такого не дошло, но люди, которых я бы по генному чувству собственника назвал крестьянскими детьми, идут на все тяжкие, чтобы, не дай Бог, нажитое вместе имущество не досталось другой стороне.

Итак, Алексей Игнатьевич Панков и его супруга Зинаида Никифоровна прожили долгую совместную жизнь, воспитали троих детей. А потом, как нередко бывает, седина в голову, а бес в ребро. Решил хозяин семьи привести в дом новую жену. Зинаида Никифоровна ушла жить к взрослой дочери, но прописку не меняла. Испугалась она, что новая хозяйка завладеет совместно нажитым с Алексеем Игнатьевичем имуществом, тем более что стал хворать дед и, неравен час, отдаст Богу душу. Подала иск в суд на раздел совместно нажитого имущества. Смоленский районный суд иск не удовлетворил. Тогда мать послала дочь Татьяну Алексеевну Макарову в администрацию Печерского сельского поселения за выпиской из похозяйственной книги: «Смотри, а то мы и землю потеряем!». В администрации на имя Панковой З.Н. такую справку выдали. В похозяйственной книге имелись подписи Зинаиды Никифоровны как члена хозяйства. Она ответственно и постоянно представляла в администрацию сведения о проживающих в доме. Подписи ее супруга отсутствовали. Да и не ведомо было сотруднице, готовившей справку, что Панковы развелись. Это дало ей основание подготовить документ на имя З.Н. Панковой. Глава поселения Ю.Н. Янченко подписал справку. С этой справкой дочь пошла в МФЦ и по доверенности от матери  написала заявление о постановке земельного участка на кадастровый учет. Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Смоленской области зарегистрировало в Едином государственном реестре недвижимости право собственности Панковой на земельный участок.

Об этом стало известно Алексею Игнатьевичу. Тот пришел в администрацию Печерского сельского поселения со свидетельством о праве собственности на землю. В свидетельстве было написано не то А.И., не то В.И. (отчетливо видно исправление буквы). Зато в первичном документе, которым администрация выделяла земли под застройку домов, без всяких исправлений записано: Панков В.И.. После обращения Алексея Игнатьевича сотрудница (уже другая, не та, что выдавала справку Зинаиде Никифоровне) подготовила выписку на имя Панкова А.И. – не придала значение исправлению в свидетельстве (такое нередко встречается на практике). Глава поселения подписал и эту справку, руководствуясь тем, что  стороны имеют одинаковые права на земельный участок, и обе справки в совокупности это подтверждают.

После смерти Алексея Игнатьевича вторая жена Мария Ильинична Власенко решила вступить в наследство (дом был поделен в завещании между первой и второй женами пополам). Стало быть, и земельный участок должен делиться поровну. Но нотариус в выдаче свидетельства на земельный участок отказал, так как в документах имелась ссылка на выданное Панковой З.Н. свидетельство на весь земельный участок.

Тогда возмущенная Мария Ильинична написала заявление в прокуратуру. А затем после проверки старший лейтенант юстиции Синяков А.С. возбудил уголовное дело в отношении главы Печерского сельского поселения Ю.Н. Янченко по ч.2 ст. 292 УК РФ.

Честно говоря, решение следователя повергло меня в шок. Если уж по таким житейским делам возбуждают уголовное дело, где по сути нет потерпевших,  а суд еще в 2018 году все расставил по полочкам, и вступление в наследство М.И. Власенко является лишь вопросом времени, то действительно «от сумы и тюрьмы не зарекайся». Любое должностное лицо может оказаться в такой ситуации, как Ю.Н. Янченко. Но его действия я постараюсь квалифицировать чуть позже. А сейчас остановлюсь на позиции следователя.

Итак, из изложенного понятно, что ничего криминального не произошло. Если и был недочет по части выдачи документа, то по всем признакам это малозначительное нарушение. Открываем статью 14 Уголовного кодекса РФ: «1. Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания. 2. Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности».

Теперь посмотрим, что же инкриминирует Юрию Янченко следователь Синяков А.С.: «УК РФ Статья 292. Служебный подлог. 

1. Служебный подлог, то есть внесение должностным лицом, а также государственным служащим или муниципальным служащим, не являющимся должностным лицом, в официальные документы заведомо ложных сведений, а равно внесение в указанные документы исправлений, искажающих их действительное содержание, если эти деяния совершены из корыстной или иной личной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 292.1 настоящего Кодекса)…

2. Те же деяния, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства»…

Скажите, где здесь служебный подлог? Где заведомо ложные сведения? Где существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства?

Логику следователей Синякова А.С. и Федоренко И.С. я при всем желании понять не смог. Неужели имеет место палочная статистика, когда нужно возбудить определенное число уголовных дел? И почему следователи не закрыли уголовное дело после истечения срока давности? В материалах дела они это объясняют тем, что получили отказ от Янченко. Но зачем тот добровольно будет ссылаться на срок давности, когда вины за собой не признает? Подсудимый рассуждал так: если сослался на срок давности, значит, считает себя виновным. В информационном центре УМВД России по Смоленской области появится запись, что в отношении этого гражданина возбуждалось уголовное дело. И когда гражданин, предположим, захочет работать в органах государственной власти или пойдет в депутаты, компетентные органы обязаны проинформировать власти или избирательную комиссию о данном факте биографии претендента на должность или депутатский мандат.

Кстати, после безуспешных попыток «притянуть за уши» статью о служебном подлоге, когда у инспектора администрации поселения безуспешно допытывались, получала ли она от Макаровой хотя бы конфеты или яблоки в благодарность за выдачу справки, появилось постановление следователя Федоренко И.С. о привлечении Янченко в качестве обвиняемого уже по другой статье – по ч.1 ст. 293 УК РФ. В постановлении, которое выпущено за пределами срока давности,  упоминается и состряпанное ранее против главы дело по электроснабжении поселка. Так, может, здесь «собака зарыта»? Раз не удалось привлечь Янченко за якобы нецелевое использование бюджетных средств, так давайте его обвиним в халатности с выдачей выписки из похозяйственной книги?

Теперь о виновности (пусть и формальной) или невиновности  главы Печерского сельского поселения. Давайте послушаем его адвоката Владимира Сергеевича Павлова: «Из текста постановления о привлечении Янченко Ю.Н. в качестве обвиняемого должным образом не усматривается сущность преступления и не указано, какие же тяжкие последствия наступили в результате его якобы халатных действий и в чем конкретно они выразились. Обязанности по выдаче справок нигде не регламентированы. Сведения, отраженные инспектором Антиповой А.С. из похозяйственной книги, выданные дочери Панковой Макаровой Т.А., соответствуют фактическим сведениям в данной указанной книге на момент внесения представляемых сведений собственниками. Ни Панков А.И., ни его супруга в 90-х годах не представляли каких-либо сведений о правах на дом и земельный участок. Дом приватизирован на супругов и их троих детей. При этом договор о приватизации следствием до настоящего времени не установлен и не осмотрен, юридическая оценка этому документу не дана. Наличие данного документа могло бы существенно изменить в сторону уменьшения доли Власенко М.И. по земле и дому, а также поставить под сомнение свидетельство о праве на наследство. Следствием не установлены признаки недобросовестности или небрежного отношения к исполнению своих обязанностей со стороны Янченко Ю.Н.. Также следствием не дана правовая оценка действий З.Н. Панковой и ее дочери М.А. Макаровой. Они не поставили в известность администрацию Печерского сельского поселения о том, что уже не проживают на территории муниципального образования. Регистрационный орган также мог приостановить оформление земельного участка для выяснения всех обстоятельств. Никаких нарушений прав М.И. Власенко со стороны сотрудников администрации Печерского сельского поселения не допущено».

Как говорится, расставлены все точки над «i». Надеюсь, что в СК по городу Смоленску СУ РФ проведут «разбор полетов» и дадут принципиальную оценку работе следователей Синякова и Федоренко. Полагаю, что с палочной статистикой нужно бороться жесточайшим образом.

Фотогалерея