Архив 2013 - 2017 гг.. областного журнала Смоленск

Смоленский журнал

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Мы помним

Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Радиомонологи Михаила Рабиновича

Доцент смоленского госуниверситета Михаил Исакович Рабинович выступил по областному радио с циклом передач, посвященных 70-летию Великой Победы. По традиции историк передал текст своего очередного монолога в редакцию журнала «Смоленск», членом редколлегии которого он является.

- Вначале хочу познакомить наших слушателей и читателей с новым изданием. Впрочем, судя по тому, как быстро это издание исчезло в киосках Роспечати, многим оно уже известно. Называется новинка периодики «Военная история», выходит пока один раз в месяц. По причине, мне неизвестной, редакция называет свое детище газетой, хотя по всем признакам оно больше напоминает журнал.

Понятное дело, в этом году основной темой молодого издания стало 70-летие победы нашего народа над фашизмом.

Но начну я сегодня свой обзор с события, которое не стало ни частью Великой Отечественной, ни всей Второй мировой войн. О каком событии идет речь, станет ясно из названия статьи Игоря Михайлова в последнем, пятом номере «Военной истории». А называется она «Уроки Халхин-Гола». Правда, не скрою, вопрос у меня вызвал подзаголовок публикации, звучащий несколько претенциозно: «Победа в Монголии спасла СССР от поражения». Прочитавший статью человек убедится, что она содержит некоторые выводы и наблюдения, до сих пор не встречавшиеся в нашей историографии. А заключительный «аккорд» публикации звучат так: «Победа Жукова в Монголии спасла Советский Союз от войны на два фронта и, следовательно, от поражения».

Как бы то ни было, но будущий маршал оправданно стал, фактически, главным героем Халхин-Гола и, естественно, названной статьи.

А начинать комкору Жукову приходилось в очень непростых условиях. Так, в начале конфликта советско-монгольская группировка не насчитывала и тысячи человек, в то время как японцев было в 2,5 раза больше. Естественно, нашим войскам требовались подкрепления, но перебросить их в район боевых действий было очень не просто: до Улан-Удэ они добирались по железной дороге, а затем походным порядком на расстояние 1300-1400 километров.  Ко всему  в начале масштабных боестолкновений  у японцев было бесспорное преимущество в воздухе. Но постепенно ситуация менялась – и не в пользу японской стороны. В этом была безусловно заслуга и высшего военного руководства, и прибывшего на фронт комкора Жукова. Добавлю к сказанному еще один факт. Дело в том, что японцы к моменту конфликта были неплохо осведомлены о численности и составе противостоящих им наших сил. Этому весьма способствовало предательство перебежавшего на их сторону командующего НКВД всего Дальнего Востока Генриха Люшкова.

Не буду пересказывать ход военных действий, в нашей литературе называемых инцидентом, а в Японии 2-й  русско-японской войной. Желающие подновить свои знания могут обратиться и к названной статье Игоря Михайлова. Ясно одно: подписав 15 сентября 1939 года согласие с Советским Союзом о перемирии, Япония признала свое поражение. О многом говорит и такой факт: как сообщается упомянутым автором, после поражения командующий японской армией на Халхин-Голе Комацубара был отправлен в запас и совершил обряд сэппуку, у нас более известный как харакири. Поскольку, однако, в событиях минувших времен я всегда ищу смоленский след, останусь верен этому принципу и сегодня. И в этом мне помогут изыскания покойного ныне смоленского журналиста Анатолия Рыжикова, встречавшегося в свое время с сослуживцами и родственниками Георгия Константиновича Жукова и лучше других знавшего подробности смоленского периода в военной биографии полководца.

Так вот, путь будущего прославленного военачальника в далекую Монголию начинался в Смоленске. Тогда, в 1939 году, заместитель командующего Белорусским особым военным округом кавалерии служил и жил в нашем городе, где находился штаб округа. Проживала семья комкора в сохранившемся доме, расположенном рядом с Лопатинским садом. Смоляне знают, что на стене этого здания укреплена доска с барельефом маршала.

И вот однажды Георгия Константиновича срочно вызвали к телефону. Звонком из Генштаба ему было приказано срочно явиться в столицу. Выяснять причину он, военный человек, не стал, спросил только: «А шашку брать?». От наркома обороны Ворошилова Жуков узнал, что назначается командиром 57-го особого армейского корпуса – основной силы, противостоящей японцам на Халхин-Голе.

А в Смоленске тем временем произошло то, что не отразилось в книге воспоминаний будущего маршала. Ретивые местные сотрудники «органов» решили, что, как это случилось с другими военачальниками в те годы, Жукова вызвали в столицу для ареста и, видимо, желая выслужиться перед начальством, явились в тот самый дом для обыска. Обыск, понятное дело, ничего не дал за исключением того, что после визита людей с холодной головой, «горячим сердцем и чистыми руками» из квартиры исчезли, как рассказывали журналисту Рыжикову годы спустя члены семьи военачальника, некоторые ценные вещи…

Ну а Георгий Константинович за Халхин-Гол получил первую из четырех звезд Героя Советского Союза и внеочередное, с пропуском через одно, воинское звание.

+++

В уже знакомом нам издании «Военная история», в номере пятом за этот год – год 70-летия Победы, помещена обстоятельная статья, посвященная еще одному уважаемому и любимому в народе полководцу. Статья Дмитрия Митюрина называется «Дважды маршал» и имеет выразительный подзаголовок – «Сталин называл Рокоссовского своим Багратионом».

За что на фронте и в тылу любили этого человека? Любили за талант стратега, за то, что он был из тех командиров, которых называют «отец солдатам», уважали за его заслуги в трех войнах – в Первой мировой, Гражданской и Великой Отечественной – георгиевский крест и три георгиевских медали в первой, три ордена Красного Знамени во второй, две золотые звезды Героя Советского Союза и орден Победы в третьей. А еще герой Сталинграда и Курска, решивших, как справедливо замечает историк Митырин,  исход Второй мировой войны, отличался такими чертами, как деликатность и сдержанность – качествами, прямо скажем, присущими не всем нашим высоким военным начальникам. Свою роль играли и его яркая внешность – высокий рост, красивое и мужественное лицо, такое традиционное для россиян сострадание к страдальцам. Многие, хоть и далеко не все, знали, что герой трех войн в 30-х годах провел несколько мучительных лет в печально известных «Крестах», будучи обвиненным в сотрудничестве сразу с двумя иностранными разведками - польской и японской.

Не обойден в статье о маршале и один деликатный вопрос – Рокоссовский и женщины, хотя, по словам автора, «в слухах о его бурной личной жизни содержится изрядная доля преувеличений». Но известный военачальник действительно производил и не мог не производить впечатление на представительниц слабого пола. Не удержался автор статьи в новом издании и от воспроизведения старой истории о разговоре первого лица государства со вторым. Когда Молотов обратился к Сталину с вопросом: «Говорят, будто у Рокоссовского много женщин. Что делать с ним будем?». «Что делать, что делать, - ответил Верховный Главнокомандующий, - завидовать будем».

Но, отметая второстепенное, обратимся снова к самым важным фактам биографии военачальника. А Рокоссовский, подобно своему бывшему подчиненному Жукову, тоже оставил приметный след в истории Смоленщины.  Говоря конкретнее, в истории Смоленского сражения июля-сентября 1941 года. Тогда, командуя армейской группой в районе Ярцева, будущий Маршал собрал в единый кулак вверенные ему части и отступавших бойцов и сумел задержать наступление немцев на Москву и организовать не одну успешную контратаку.

Заканчивая этот сюжет, не могу не упомянуть еще два знаменательных факта из военной биографии Константина Константиновича Рокоссовского. Первое: он – единственный из наших военачальников, дважды удостоенный звания маршала. Второй раз, когда он стал маршалом Войска польского и, одновременно, военным министром Польши, оставаясь на этом посту 7 лет. И второе – и первое по значимости: дважды Герой Советского Союза и Кавалер ордена Победы командовал историческим парадом Победы 24 июня 1945 года на Красной площади Москвы. И, кстати или не совсем, добавлю, что ваш покорный слуга, в ту пору семилетний, видел и запомнил, как теперь понимаю, на всю жизнь, салют Победы в столице.

+++

Итак, говорили мы о выдающихся наших полководцах, а теперь вспомним о рядовых участниках Великой битвы. Написано и сказано о них немало, но складывается порой впечатление, что со временем мы узнаем о нашей победе больше, чем знали раньше.

Продолжая эту тему, от периодической печати обратимся к книгам. Газеты и журналы недолговечны, другое дело – книги. Именно они помогают нам, в первую очередь, хранить память о судьбах Отечества. В год 70-летия Великой Победы хочется отметить это особо…

А книга, которая сейчас лежит передо мной, еще не утратила запах типографской краски. Она подписана в печать совсем недавно – в последний день марта нынешнего года. Ее составитель президент Смоленского госуниверситета профессор Виктор Алексеевич Петров назвал этот труд «Они ковали Победу». А подзаголовок гласит: «Преподаватели, студенты и служащие СмолГу – участники Великой Отечественной войны».

Признаюсь: читать мне эту книгу о десятках бывших фронтовиков было непросто. За исключением погибших в войну, я знал за годы работы в родном вузе практически всех. К великому сожалению, среди нас остаются только шестеро из многих.

Постараюсь на основе статей и очерков, кропотливо собранных составителем по выходившей в прошлом многотиражной газете «Народный учитель», а также по архивным документам, рассказать о героях книги, присовокупив к этому факты из моих личных воспоминаний о беседах с фронтовиками.

Одним из самых заслуженных наших ветеранов был Герой Советского Союза Иван Васильевич Корольков, заведующий в 60-х годах прошлого века кафедрой всеобщей истории. Он-то и пригласил меня первым на работу в вуз…

Напомню исторический факт. В 1943 году перед труднейшей операцией по форсированию Днепра Верховный Главнокомандующий Сталин приказал военачальников, обеспечивших успех, представить к высшему в ту пору полководческому ордену Суворова, а офицеров и рядовой состав – к званию Героя Советского Союза. В числе последних оказался и 19-летний ефрейтор-пулеметчик Иван Корольков. Четверо суток продолжались бои за плацдарм, захваченный батальоном, в котором служил будущий Герой Советского Союза. Даже получив тяжелое ранение, продолжал Иван разить врага. О присвоении высокого звания узнал уже в госпитале из сообщения по радио, подтвержденного позже информацией из газет …

Доцент нашей же кафедры Илья Натанович Неманов, кавалер орденов солдатской Славы и Отечественной войны 1-й степени. Когда впервые увидел своего коллегу и наставника раздетым на поле (поехали на сельхозработы в подшефный совхоз), поразился: у человека практически не было правого плеча, и тело пересекал огромный безобразный шрам. Стало ясно, почему на лекциях писал он на доске, хоть и с трудом, левой рукой. А тяжко ранен был, как и И.В. Корольков, при освобождении Украины, у города со «сладким» названием Изюм. Был в ту пору он командиром расчета 120-миллиметровых минометов. В книгу, о которой идет речь, включено стихотворение Ильи Натановича. Первые строчки его сегодня звучат особенно своевременно – ведь 70 лет Победы отмечаем:

«Не каждый Родины солдат
Дожил до юбилейных дат.
Спокойно могут спать солдаты:
Мы их помянем в эти даты…»

Не могу вспомнить, кому принадлежат эти слова: «Небывалое бывает». «Небывалое» случилось в войну с тихим, скромным человеком – будущим преподавателем нашего физмата Иваном Абрамовичем Жуковым. Как-то, перед праздничной демонстрацией, я увидел на лацкане пиджака коллеги орден Красной Звезды. Поинтересовался, за что награда. И услышал невероятную историю. Потом эту историю более подробно описал в газете «Народный учитель» другой симпатичный мне человек – Владимир Растихин, к великому сожалению, в прошлом году ушедший из жизни. А суть происшедшего была такова.

В 1992 году 18-летнего Ваню призвали в армию. Когда попросился поближе к технике, был направлен на военный аэродром – но в службу охраны. И вот зимой 42-го, когда линия фронта приблизилась к деревне с поэтичным названием Аннушка, где находился аэродром, пришел приказ: «Аэродром оставить, перебросить технику в тыл». Иван и еще один боец несли в это время караул у самолета У-2. Мороз помешал прибежавшему летчику завести мотор. Обращавшийся к Жукову летчик сказал: «Знаешь что, брат, если немец подойдет, стреляй прямо в бак, а после этого уходи». А мороз крепчал. Ваня вместе с напарником все же пробовал завести мотор. Что он будет делать дальше, он представлял себе плохо. Летать самому ему не приходилось, правда, работу пилотов при старте он видел и кое-что помнил. И вдруг двигатель с помощью второго солдата заработал. Самолет побежал по летному полю. Ручка управления вытянута на себя, и машина начала набирать высоту. В голове самодеятельного пилота одна мысль: «Когда покажется аэродром, как посадить самолет?». А вот внизу показалась взлетно-посадочная  полоса. По полю бегут люди, машут руками. Горючее, как предположил Иван, видимо, кончается – надо садиться. Решился, сумел снизиться. Потом удар – и очнулся через несколько дней в госпитале. Оказалось, что при посадке ударился головой о приборную доску. В госпитале провел целых 7 месяцев. В те дни армейская газета рассказала о подвиге молодого бойца, спасшего боевую машину, не заставила себя ждать и награда – орден Красной Звезды.

Погуляев Даниил Иванович – профессор естественно-географического факультета, в войну – на разных должностях в саперных частях. Воевал, как трудился, – то есть в полную силу. О том свидетельствуют и награды, стоит их перечислить: ордена Красной Звезды, Отечественной войны 1-й и 2-й степени, Ленина, Октябрьской революции, Трудового Красного Знамени, множество медалей.

Но однажды, когда стал рассказывать ветеран о войне, я узнал, что бывший фронтовик избежал опасности не в бою и не на минном поле…

Но здесь позволю себе небольшое отступление в рассказе о заслуженном ученом и фронтовике. Не в год 70-летия Победы, а намного раньше, пришел к выводу, который, видимо, разделяют многие. Парад 7 ноября 1941 года на Красной площади в Москве, как и речь Сталина, произнесенная с Мавзолея, по значимости не уступали победам Красной Армии, одержанным в крупнейших сражениях Отечественной войны. Не сомневаюсь, что тогда, в 41-м, общие чувства разделял и лейтенант Погуляев.

Но было одно место в выступлении Верховного Главнокомандующего, которое вызвало сомнение у молодого ученого, надевшего военную форму. Нашел в своих книжно-журнальных завалах старую книжку, изданную еще в 1944 году. На обложке значится: «И.Сталин. О Великой Отечественной войне Советского Союза». Отыскал там речь Сталина на параде 7 ноября 1941-го. Перечитал.

Вот место, которое вызвало сомнение у земляка. Цитирую.

«Немецкие захватчики напрягают последние силы. Нет сомнения, что Германия не может выдержать долго такого напряжения. Еще несколько месяцев, еще полгода, может быть, годик, - и гитлеровская Германия должна лопнуть под тяжестью своих преступлений».

Даниил Иванович был со мной в разговоре откровенен – он не скрывал, что делился своими сомнениями с однополчанами. Делился, пока один из его друзей не сказал:  «Слушай, Данила, перестань сомневаться в правоте самого Верховного – ты знаешь, чем это тебе грозит». К совету друга Даниил Иванович прислушался. А война, между тем, продолжалась еще не «несколько месяцев, не полгода, годик», а долгих и кровавых три с половиной года.

Хазан Абрам Наумович – многолетний заведующий кафедрой физкультуры в нашем вузе. На войну ушел Командиром стрелкового взвода, заканчивал командиром батальона. Итог подвел, когда в мае 45-го рядом с подписями туляков, орловцев, казахстанцев… оставил и свою запись на Рейхстаге: «А я из Смоленска». Побывав много лет назад в рейхстаге, я подписи земляка не нашел. Чему  удивляться: представлены там были не все подписи, да и оставили их сотни, если не тысячи, победителей…

На войне прошел Хазан все, что выпало на долю воевавших в пехоте.  А мое расположение к этому компанейскому, веселому человеку еще больше усилилось, когда узнал некоторые подробности его биографии.

Оказалось, что Абрам Наумович участвовал в освобождении от оккупантов города, в котором я родился и рос. Это город Бежица, полвека назад ставший районом Брянска. Однако одно обстоятельство омрачило ему радость победы. Друзья-офицеры предложили отметить успех. Застолий Абрам Хазан никогда не чурался, но в тот день, 17 сентября 1943 года, был назначен дежурным по штабу полка. Предложение поучаствовать в торжестве пришлось отклонить. А ночью дом, где собрались товарищи Хазана, взлетел на воздух – взорвались мины, заложенные фашистами при отступлении. Все ребята погибли.

Был в биографии бывалого фронтовика и такой случай. Вернулся он вскоре после войны в родной город. Бывшие соседи, русские люди, рассказали ему, что в период оккупации укрывали, как могли, его мать и сестру. Но нашелся подонок, выдавший их фашистам. Погибли они, видимо, вместе с другими обитателями Смоленского еврейского гетто 15 июля 1942 года в Вязовеньках. В поисках предателя Хазан обошел весь город, полный решимости пристрелить гада. На свое счастье, подонка не нашел. В противном случае загремел бы за самосуд под трибунал и вряд ли отделался бы малым сроком.

И еще один факт из биографии фронтовика. Как-то, уже после победы, предложили Хазану принять участие в боксерском поединке с союзником – американским сержантом-негром. А Абрам Наумыч еще до войны стал чемпионом по боксу огромной Западной области. Этот бой земляк выиграл.

А еще через некоторое время, победив в серии встреч уже со своими соперниками, стал чемпионом Группы советских войск в Германии по боксу, получив при этом еще одну награду – сам маршал Соколовский вручил ему фотоаппарат известной фирмы Цейса. Похоже, этой наградой Абрам Наумыч дорожил не меньше, чем своим орденом и медалями. А их у него было много, недаром кто-то из наших преподавателей однажды пошутил, сказав, что если пиджак с наградами Хазана случайно упадет с вешалки, то в институте будет маленькое землетрясение…

Закончился жизненный путь этого веселого, компанейского, мужественного человека в 2009 году, когда был ему уже 91 год – возраст, что и говорить, солидный. Вопреки войне и ранениям, помогли десятки лет занятий спортом.

+++

Старая истина: когда гремят пушки, музы молчат. В Отечественную войну музы не молчали. Сужу об этом хотя бы по тому, как мои старшие товарищи, упомянутые сегодня, и все остальные, слушали и слушают песни военных и послевоенных лет.  Шедевры, созданные композиторами и поэтами, воспринимались и воспринимаются нашими людьми не просто как песни, но и как часть личных биографий и биографии Отечества. Им, их создателям и их героям, посвятил я свое стихотворение, которое назвал «Песня о песнях». А мелодию к нему подобрал и исполнил песню наш земляк – двойной тезка знаменитого писателя, тоже нашего земляка, Борис Васильев, ныне работающий в оркестре Министерства обороны Российской Федерации. Предлагаю на суд читателей журнала «Смоленск» текст песни.

Песня о песнях

Ох, песни, вы песни
           далекой поры –
Негромкое эхо
           Великой войны…
Хранили мы миром,
           как сына иль дочь,
И песнь о Катюше,
           и «Темную ночь».
 
«Землянка» нас грела,
Светил «Огонек»,
И Клавочка пела
Про синий платок.
 
Вели нас «Дороги»
           «Священной войны»,
Мы камень заветный
           с собою несли.
И в редком затишье,
           во сне, но без снов,
Мы слушали сердцем
           своих «Соловьев».
 
«Землянка» нас грела,
Светил «Огонек»,
И Клавочка пела
Про синий платок.
 
Дошли до Берлина –
           поют «Казаки».
Мелодии давние,
           как же близки!
В них – радость Победы
           и горечь утрат,
И боль, и надежды
           уставших солдат…
 
Ох, песни, вы песни
           военной поры,
В нелегкие годы              
           мы вас сберегли.
И детям, и внукам
           накажем не раз:
Храните их долго –
           как память о нас.
Храните, родные,
           как память о нас…
 
201604-188.jpg

Журнал Смоленск 2007 год

Журнал Смоленск 2006 год

Чтобы сообщить об ошибках в тексте на нашем сайте, нужно выделить текст и нажать SHIFT+ENTER

Похожие материалы

Комментарии

  • ВЕРА, ВЕРОЧКА

    21.10.2020 23:54
    В заброшенном состоянии находится могила Веры Анатольевны на Окопном кладбище. Родник, Институт искусств, Детская библиотека, Физакадемия хотят исправить ...
     
  • ВЕРА, ВЕРОЧКА

    21.06.2019 16:10
    Какое счастье, что я знал этого светлого человека! Встретились мы на занятиях "Родника" Юрия Пашкова. Посредством таких людей душа моя осталась в ...
     
  • ПОКЛОН УЧИТЕЛЮ

    03.05.2019 01:25
    Ильющенкова Мария Антоновна после переезда в Смоленск была директором 31 школы, а не 34(как указано в вашей статье). Я являюсь ее внучкой, дочерью ...
     
  • Шишок

    09.12.2018 13:38
    В ноябре этого года,я посетила могилу М.К.Тенишевой,о на находится в идеальном состоянии,видим о А А.Ляпин (мое глубочайшее почтение),остав ил кладбищу ...
     
  • ОПЕРА

    11.10.2018 23:53
    Здравствуйте! Мой дедушка - Кукес Юрий Матвеевич, Народный артист РФ, разыскивает своего двоюродного брата Алексдрова Александра Марковича. Наткнулась ...
     
  • Бога за бороду схватили?

    19.05.2018 17:38
    Могу ли я стоять в стороне, когда честных добросовестных лейтенантов ДПС за добросовестное выполнение своих обязанностей (а это подтвердила служебная проверка ...

© 2021 Журнал Смоленск. Все права защищены.
Журнал Смоленск — независимое издание.