Архив 2013 - 2021 гг.. областного журнала Смоленск

Смоленский журнал

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

ШТЫК И ПЕРО

Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

ПО ЗАДАНИЮ РЕДАКЦИИ

Александр МЕЛЬНИК,
лауреат премии имени М.В. Исаковского
СУДЬБОЙ ДАРОВАННЫЕ ВСТРЕЧИ

В начале моего трудового пути в журналистике судьба подарила мне встречу с человеком, масштаб личности которого я оценил только сейчас, когда прочел его книги и узнал трагическую историю суровой жизни автора: сиротская доля в детстве, две войны - первая мировая и гражданская – в юности, плен у интервентов, сталинский ГУЛАГ, тяжелое ранение на войне против фашистских захватчиков, потеря родных и близких, расстрелянных оккупантами. Такое и в страшном сне не приснится, что пришлось пережить Ефрему Михайловичу Марьенкову.

Встретились мы на станции Игоревская накануне Дня работников леса, который празднуется в сентябре. В рабочем поселке располагался леспромхоз, действовал деревообрабатывающий завод, вели переработку древесины сопутствующие производства. Днем и при свете прожекторов велась ее отгрузка в товарные вагоны. И тепловозами доставлялась многочисленным потребителям внутри страны и за рубежом. Край созидательный, обжитый, но окруженный лесами. Настоящая глубинка на железнодорожной ветке.

Перешагнув рубеж семидесятилетнего возраста, Ефрем Михайлович еще продолжал печататься в областной газете. Писатель не гнушался рутинной будничной работы и скромного гонорара внештатного корреспондента. В Игоревский леспромхоз он приехал по заданию редакции, чтобы подготовить материал к профессиональному празднику. С командировкой редакции районной газеты я оказался с ним в одном номере для приезжих.

Хоть и называлось гостиницей это скромное место для ночлега, но такому названию оно мало соответствовало. Впрочем, и то хорошо, что было где приютиться.

Познакомившись, отправились ужинать в столовую, Она относилась к системе орса (отдела рабочего снабжения). Там вкусно и щедро кормили. За знакомство выпили понемногу вина. Ефрем Михайлович ограничился холодной закуской. А свой бифштекс завернул в салфетку, чтобы утром не тащиться вдоль железнодорожного полотна на завтрак в столовую.

Вернувшись в номер, поговорили до сна. Приятно было узнать, что Марьенков родом из Каспли. Имя его я знал, с творчеством не был знаком.

ЧЕЛОВЕК ИЗ ЛЕГЕНДЫ

Первым произведением Ефрема Михайловича Марьенкова, которое я прочитал в зрелом возрасте, была повесть «На земле Смоленской». И очень потом удивлялся, как можно было объявить врагом народа и отправить в ГУЛАГ активного борца за установление Советской власти, ее приверженца по убеждениям, красного командира и пропагандиста идей, если своей жизнью и творчеством до рокового 1937 года он доказал непоколебимую веру в идеалы социализма и победу мировой революции.

... В переполненной теплушке, набитой всяким воинским людом, едет после ранения домой на поправку молодой фронтовик Алексей Бобров. Восемнадцатилетним рекрутом был он призван в царскую армию. Повоевал, отличился на первой мировой: и унтер-офицерские лычки получил в награду, и Георгиевского креста удостоен.

Штабс-капитан интересуется у него, за что пожалован. И узнает, что крестом награжден за пленение немецкого секрета, а унтера получил за жаркий бой, в котором вытащил из-под огня раненого прапорщика.

На станции Лелеквинская геройский этот малый покинул теплушку. Ему шагать пятнадцать верст до родного села Орлань, а по правде – Каспли. И вовсе он не Алексей Бобров, а Ефрем Марьенков. В образе главного героя писатель изобразил самого себя. Его творчество автобиографично.

Дома ожидает замок на двери. Братья призваны по мобилизации. Невестка спасается от нужды у родни. У сестры малые детки и свои бедки.

Встретившись с односельчанами, тут же включается в их противостояние на стороне большевистски настроенной части. Оказавшись в уездном городе Поречье, в окрестностях которого орудуют белогвардейские банды, попадает в состав вооруженного отряда по их ликвидации. В группе разведчиков схвачен бандитами барона Кыша. Подвергается пыткам, но стойко держится. И приходит спасение. В предрассветной мгле красноармейский отряд внезапным ударом обращает бандитов в бегство.

С достоверностью очевидца описаны трагические события контрреволюционного мятежа в Поречье и подавление его силами Советской власти. В рядах ее защитников был и Ефрем Марьенков. С этого началась его служба в Красной армии.

По военной дороге

Шел в борьбе и тревоге

Боевой восемнадцатый год...

Марьенкова направляют на курсы красных командиров, а оттуда – на Северный фронт. Снова война. Против белогвардейцев и английских интервентов.

Он командовал взводом, ротой. Был отважен. Первым бросался в атаку.

«Красноармейцы гулко топали за моей спиной. Мы шли все быстрее и быстрее. Я не чувствовал сейчас ни холода, ни страха, только слышал, как усиленно бьется сердце. Мы шли. А поле гудело диким гулом нескольких сотен человеческих голосов: «А-а-а... А-а-а...» Слева от нас неистово тарахтели пулеметы. Но вот крик на левом фланге стал затихать и вот совсем захлебнулся, а пулеметы все еще продолжали стучать.

Мы шли сближаясь. Шли, не останавливаясь, без перебежек. Шли в полный рост. Я ничего не видел, кроме черневшей впереди канавки да надвигающихся на меня окопов с пулеметным гнездом на левом фланге. И когда до него оставалось уже не больше трехсот шагов, я оглянулся на бойцов и крикнул:

- В атаку! Ура-а-а!..

- Ура-а-а! – широко разевая зубастые рты, - завопили бойцы и, обгоняя меня, кинулись вперед, за окоп. До чего же отчаянны и страшны солдаты, бегущие в атаку».

При авиационном налете в августе 1919 года молодой командир был контужен и получил отравление слезоточивым газом. Его захватили в плен белогвардейцы. И он стал узником архангельской тюрьмы.

«В сентябре англичане увезли нас, несколько человек командно-политического состава, в Англию – в качестве заложников, - лаконично излагал полную драматизма автобиографию Ефрем Михайлович Марьенков. – Иначе бы белогвардейская контрразведка нас расстреляла. Несколько человек они все-таки управились расстрелять. Англичанам это вовсе было невыгодно (ранее мы захватили в плен ряд английских офицеров), и они решили сохранить нас для обмена. В Англии нас содержали в лагерях.

Обмен военнопленными состоялся. В апреле 1920 года нас отправили на Родину,,,»

После возвращения продолжил воинскую службу. Учился на Высших военных курсах. Участвовал в ликвидации савинковских отрядов в Белоруссии. Поработал в губвоенкомате. С воинской службой расстался в 1924 году.

ЯД КЛЕВЕТЫ

Выпустив из рук штык, взялся за перо. Попытки литературного творчества Марьенков предпринимал и раньше. Еще курсантом написал проникнутую духом революции пьесу «Жертва идеи». Культпросвет объединенных высших курсов комсостава организовал ее постановку в Гостеатре и на сценах красноармейских частей.

И только с 1925 года получил возможность вплотную заняться осуществлением творческих замыслов. Идеологический фронт оказался не менее опасным, чем боевая обстановка. Ибо на нем орудовали, прикрываясь фразеологией классовой борьбы, враги невидимые, безжалостные и неуязвимые.

В наше время стали доступны рассекреченные материалы НКВД. Добросовестный исследователь Н.Н. Илькевич много способствовал появлению в печати документальных свидетельств, раскрывающих подноготную так называемого «дела» смоленских писателей. Инициированное доносами искусного демагога Василия Горбатенкова, подвизавшегося на писательском поприще, оно в процессе расследования было сфальсифицировано чекистами из-за недостатка улик.

Мишенью клеветника стал в первую очередь Адриан Владимирович Македонов, известный критик и литературовед, авторитетный в писательской среде человек. «Последовательным авербаховцем в теории и на практике, - сообщалось в доносе, - в Смоленске является член писательской организации А. Македонов. Он был лично и организационно связан с врагом народа Л. Авербахом. Являясь секретарем Западной Ассоциации Пролетарских писателей, а затем – будучи выдвинут Авербахом в члены правления РАПП, он, Македонов, последовательно проводил троцкистско-авербаховскую линию в литературе».

Доносчик ставит в вину Македонову поддержку молодого Твардовского: «В 1934 году на первом областном съезде писателей Македонов выступает с докладом о поэзии в Западной области, в котором всячески расхваливает антисоветскую поэму А. Твардовского «Мужичок горбатый», изъятую органами Лита из печати, куда она была сдана бывшим заведующим ЗапГизом Н. Виницким (тоже сподвижником Авербаха, ныне разоблаченным в Свердловске). Больше того, выгораживая Твардовского от какой бы то ни было критики (Твардовский – сын крупного кулака, сосланного в первые годы коллективизации. В свое время был изгнан из ВЛКСМ.), Македонов и Виницкий...посылали своих делегатов в Москву – в Главлит с заявлением разрешить публикацию поэмы Твардовского...»

Далее следует охаивание Твардовского, обличение в «просчетах» Македонова, перечисление за уши притянутых фактов его организационной связи с врагами народа.

Ну, хотя бы такой факт: «Македонов и Твардовский по заданию бывших руководителей обкома партии (видимо, лично врага народа Румянцева) неоднократно посещали курсы секретарей райкомов: первый – с докладами; второй – с чтением стихов».

Чувствуете, какой смрадный дух исходит от доноса! Какой смертельный яд источает стряпня иудушки, сообщающего «о том, что Македонов в узком кругу вел с Твардовским контрреволюционные разговоры о вождях революции – В,И. Ленине и И.В. Сталине» и «о том, что Македонов распространял контрреволюционные взгляды на международный гимн рабочих – «Интернационал».

Ядовитые стрелы были направлены и в Михаила Сергеевича Завьялова, возглавлявшего писательскую организацию Западной области, который в доносе обвинялся в примиренчестве. Защита от нападок членов организации, предпринимаемая им, преподносилась как его недостаток. «Он изо всех сил защищал В. Муравьева, пока последний не скатился к окончательному падению, как человек морально разложившийся».

Владимир Игнатьевич Муравьев – поэт, литературный критик, переводчик и прозаик – окончил Смоленский педагогический институт и аспирантуру при нем по специальности история литературы. Перед арестом в сентябре 1937 года заведовал кафедрой литературы в Новозыбковском учительском институте.

Не стесняясь в выражениях, мастер очернительского жанра обрушивается на Ефрема Михайловича Марьенкова, характеризуя его как человека, не написавшего «почти ни одного произведения без клеветы на партию». Завьялова он бичует за покровительство Марьенкову. «...Несмотря на то, что партийное собрание работников искусств вынесло свое решение об исключении Марьенкова из союза писателей, до сих пор Завьяловым это решение не выполнено».

ПЕРЕД ЛИЦОМ ОПАСНОСТИ

Жуткое было время. Кто-то не выдерживал, проявлял малодушие. Редактор журнала «Наступление» И.Г. Мандрик оказался не на высоте положения, за что заслужил упрек представителя союза писателей СССР тов. Жиги, прибывшего из Москвы на собрание смоленских литераторов расширенного состава по искоренению авербаховщины: «Мандрик был в руководстве вашей организации, независимо, что не был членом союза. А сегодня так резко выступал против Македонова. Но где он был сам? Он здесь жил, работал и печатался».

На допросах Мандрик полностью принял сторону клеветника Горбатенкова и ему подобных «угодников» НКВД. Беспринципность, однако, не спасла от ареста и лагеря.

Ефрем Михайлович Марьенков самостоятелен и независим во взглядах. Это вынужден признать даже его антипод – Мандрик, заявивший на собрании: «Марьенков был единоличником, который не поддавался ни чьим влияниям».

Жизненный опыт писателя позволял ему иметь свою точку зрения на окружающую действительность. И ее он отражал в собственном творческом переосмыслении.

Объективность, судя по всему, клеветники использовали против честного летописца истории. Он не приукрашивал действительность, не восхвалял мудрую политику партии и гений вождя. В его произведениях запечатлена историческая реальность. И лакировать ее, покривив душой, Марьенков не стал, за что и поплатился.

Стойко и мужественно держался Ефрем Михайлович на допросах. Вот выдержка из протокола его допроса от 5 ноября 1937 года:

«В о п р о с: Следствие категорически настаивает на том, чтобы Вы дали откровенные показания о своей контрреволюционной деятельности.

О т в е т: Никакой контрреволюционной деятельности у меня не было.

В о п р о с: С кем из писателей Вы были в дружеских отношениях?

О т в е т: В наиболее дружеских отношениях я был с поэтом Твардовским А.Т. В Смоленске я был в обычных товарищеских отношениях с <...> Македоновым...»

Адриану Владимировичу Македонову и Ефрему Михайловичу Марьенкову дали по восемь лет исправтрудлагерей с направлением в г. Медвежья Гора в распоряжение начальника Управления БеломорБалтЛага НКВД СССР. Туда же получил направление Михаил Сергеевич Завьялов, приговоренный к пяти годам лагерей. Он умер на этапе в 1938 году.

Мандрик тоже оказался там, в Медвежьей Горе. Ему дали срок пять лет. После освобождения остался на Севере.

Был осужден за контрреволюционую деятельность заодно с писателями член Смоленского товарищества художников Василий Власов. Работал он юрисконсультом в Запжилсоюзе. Срок пять лет исправтрудлагерей отбывал в СевУралЛаге.

ОПУСТЕВШИЙ КРОВ

Судьбе было угодно, что Ефрем Михайлович Марьенков и в годы Великой Отечественной войны сражался на Севере. Три войны - и все там. Снова ранение и контузия. Госпиталь. Возвращение под опустевший кров.

«Среди забираемых (на казнь- А.М.). оказались брат известного писателя Ефрема Михайловича Марьенкова – Павел Михайлович, его жена Ефросинья Васильевна, удочеренная ими еврейская девушка Соня Соинская и сестра Е.М. Марьенкова – Пелагея Михайловна. Собрали обреченных у здания местной больницы, а часа в четыре пополудни свели всех в колонну и под охраной прибывшего из Смоленска (40 человек) немецкого конвоя во главе с полковником погнали к Кукиной горе...

У склона Кукиной горы перед взором согнанных предстала свежая огромная яма...»

Это строки из компьютерной версии материала краеведческого музея Касплянской средней школы, который подготовлен для библиотеки учительницей Ольгой Вениаминовной Богачевой.

«...Когда подошла очередь принять смерть Ефросинье Васильевне Марьенковой, она крепко обняла удочеренную Соню, которую прочила в жены младшему сыну – командиру Красной армии Николаю, и сказала:

- Не плачь, доченька! За нас отомстят!»

По горячим следам событий писатель Ефрем Марьенков пишет книгу о народных мстителях – партизанах Смоленщины, в основе которой реальные факты. Это дань памяти погибшим и поклон подвигу участников сопротивления. Книга «Вдалеке от больших городов» вышла в 1949 году массовым тиражом.

СУЩАЯ ПРАВДА

Исполняя долг по сохранению памяти о былом, писатель обращается к времени, предшествующему событиям, отраженным в книге «На земле Смоленской». Из-под его пера выходит повесть «Детство Алеши Боброва». «Огонь на Севере» - завершающая книга трилогии. Она имеет второе название в скобках «Записки краскома».

Книга вышла с предисловием Александра Трифоновича Твардовского. А прежде была опубликована в журнале «Новый мир», главным редактором которого был Твардовский. В предисловии дана высокая оценка трилогии. В частности, сказано, что «эта большая работа писателя, представляющая, по крайней мере во многих случаях, замечательные картины и образы дооктябрьской и пореволюционной действительности, имеет несомненный интерес в силу хотя бы ценности живого, личного свидетельства о времени, которое все более занимает наше внимание»,

«Автор отдал своему труду много лет жизни, - подчеркивает рецензент, - неизменно возвращаясь к нему, подкрепляя живую память минувших событий пристальным изучением документов и материалов... Марьенков щепетильно правдив даже в мелочах и деталях своего художественного жизнеописания».

С большим интересом я прочел книги Ефрема Михайловича. И очень сожалею теперь, что при давней встрече еще не был знаком с эпическим полотном этого замечательного художника.

 
01_05-186-2016.jpg

Журнал Смоленск 2007 год

Журнал Смоленск 2006 год

Чтобы сообщить об ошибках в тексте на нашем сайте, нужно выделить текст и нажать SHIFT+ENTER

Похожие материалы

Комментарии

  • ВЕРА, ВЕРОЧКА

    21.10.2020 23:54
    В заброшенном состоянии находится могила Веры Анатольевны на Окопном кладбище. Родник, Институт искусств, Детская библиотека, Физакадемия хотят исправить ...
     
  • ВЕРА, ВЕРОЧКА

    21.06.2019 16:10
    Какое счастье, что я знал этого светлого человека! Встретились мы на занятиях "Родника" Юрия Пашкова. Посредством таких людей душа моя осталась в ...
     
  • ПОКЛОН УЧИТЕЛЮ

    03.05.2019 01:25
    Ильющенкова Мария Антоновна после переезда в Смоленск была директором 31 школы, а не 34(как указано в вашей статье). Я являюсь ее внучкой, дочерью ...
     
  • Шишок

    09.12.2018 13:38
    В ноябре этого года,я посетила могилу М.К.Тенишевой,о на находится в идеальном состоянии,видим о А А.Ляпин (мое глубочайшее почтение),остав ил кладбищу ...
     
  • ОПЕРА

    11.10.2018 23:53
    Здравствуйте! Мой дедушка - Кукес Юрий Матвеевич, Народный артист РФ, разыскивает своего двоюродного брата Алексдрова Александра Марковича. Наткнулась ...
     
  • Бога за бороду схватили?

    19.05.2018 17:38
    Могу ли я стоять в стороне, когда честных добросовестных лейтенантов ДПС за добросовестное выполнение своих обязанностей (а это подтвердила служебная проверка ...

© 2021 Журнал Смоленск. Все права защищены.
Журнал Смоленск — независимое издание.