Архив 2013 - 2017 гг.. областного журнала Смоленск

Смоленский журнал

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Главная 2012 № 6 (142) июнь Сон и явь господина Жаденко (портрет чиновника)

Сон и явь господина Жаденко (портрет чиновника)

Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Смоленск литературный 

Виктор Деренковский 

Рассказ

Мир после нас изменится.

Не оставайтесь в нём людьми с черными душами.

Андре Павлиновича Жаденка снесло с кровати, словно его выстрелили катапультой. Не сбавляя скорости, он в страхе заметался по комнате, пытаясь от кого-то спрятаться за каким-нибудь крупным предметом. Но в комнате, кроме кровати, других предметов не было, и он оставался никем незамеченным, так как за ним никто не гнался. С испугу он находился в том состоянии, когда человек не понимает своего местонахождения и лишен возможности определить самые простые вещи, окружающие его. 

– Это сон или не сон? – выкрикнул в пустоту Андре Павлинович. Пустота ответила слабым эхом, - не сон.

Читатель, наверное, уже догадался, что причиной экстренного пробуждения Андре среди ночи стал вещий сон. Андре повезло, что досмотреть сон до конца ему не удалось. Сон был прерван непроизвольным образом и перешел в неотвратимую реальность, прервать которую, как это можно проделать с любым событием (со сном или чаепитием), невозможно ни при каких, даже чрезвычайных обстоятельствах. Реальность окружает нас и служит нам, не прерываясь ни на секунду. Жаль, что не все это понимают и своим бестолковым присутствием в ней (в реальности) создают людям не ожидаемые сложности, как говорят, на пустом месте, мешая людям продуктивно работать и жить. Андре относился к этому типу бестолковых людей, которые не знают, чего они хотят, и этим приносят вред себе и другим.

Не дождавшись конца страшного сновидения, Андре знал, как дважды два четыре, что его ожидало в финале. Из двух зол, как правило, выбирают меньшее. Андре придерживался мудрого опыта, поэтому пусть не по своей воле, но предпочел проснуться. Внезапное пробуждение явило для Андре счастливую случайность. Он избежал казни на электрическом стуле.

Но и безумное бодрствование после такого сновидения не казалось Андре благом. Он не видел и не находил себе места. От пережитого страха голова раскалилась до температуры чугунного утюга, заполненного горячими углями, а волосы на затылке, на участке, неспособном лысеть, были влажными до такой степени, что ладони рук, которыми он ощупывал целостность головы, стали мокрыми и по ним текли струйки пота. Он плохо понимал, что с ним происходит, и чем он так напуган.

А причина была более чем естественной: Ему приснился довольно правдивый сон, что он, честный и добропорядочный человек, каким считал себя сам и каким воспринимал его круг знакомых, неожиданно оказался на скамье подсудимых, и суд справедливо и пунктуально приговорил его по всем статьям обвинения к смертной казни на электрическом стуле. Его обвиняли в том, что он, служа по электрической части, вел себя недостойно, необоснованно препятствовал гражданам в подключении объектов энергопотребления к электрическим сетям, которыми заведовал на назначенной должности.

Последнюю перед пробуждением виденную им картину суда-сна он хорошо помнил: Его кожаными ремнями привязали к электрическому стулу, на котором он должен был лишиться должности и закончить своё земное существование, приняв электрический разряд на запястьях и подбритой голове. Но прервался сон, и казнь не состоялась.

Первым предметом, который ясно увидел Андре, освобождаясь от испуга, были настенные часы со светящимися стрелками. Большая стрелка часов стояла на циферблате напротив римской цифры двенадцать, а маленькая - была наиболее близка к такой же римской цифре – четыре. Наступало время, называемое в Шекспировских трагедиях, третьей стражей. Андре кровно боялся этого времени. В детстве, от дальней родственницы, деревенской колдуньи, проживавшей вместе с ними, он слышал и помнил ужасные рассказы о тёмном времени ночи. По её повествованию, с приходом этого часа души тех, кто был несправедливо унижен или подло обманут, выводят свой гнев наружу из своих пристанищ, чтобы отомстить обидчикам. Обид на Андре хватало сполна и у живых, и у мертвых. Андре просто нутром ощущал неизбежную месть и, не время от времени, а постоянно. Его никогда не покидала мысль, как ускользнуть от наказания, когда его служебным бесчинствам наступит конец. - Ну вот, и пришёл мой час, - вспыхнула мысль у Андре.

Андре не чувствовал себя в безопасности, понимая, что палачи, пытавшие подключить к электрическому стулу высокое напряжение и считавшие, что электрическая казнь - самый гуманный вид казни, остались в сновидении, и он, проснувшись, стал недосягаем для них, но его беспокойство, что кто-то присутствуют совсем рядом, готовый привести приговор в исполнение, сохранялось. Никто не мог гарантированно сказать, что всё позади, что всё закончилось, что сон не повторится, что Андре не грозит никакое реальное наказание.

С некоторыми оговорками Андре разделял точку зрения специалистов по электрическим стульям, но считал, что для того, чтобы истязать человека электричеством, его не обязательно сажать на электрический стул. Есть более изощренный вид электрической пытки – месяцами препятствовать в подаче электрической энергии тем, кому она крайне необходима. В этом он преуспевал, находя особое, можно сказать, высшее удовольствие и удовлетворение, штампуя несуразные отказы и издеваясь над просителями. Служа на должности начальника развития электрических сетей, Жаденко считал, что поступает правильно, как истинный изувер, препятствуя технологическому подключению энергопотребляющих установок к источникам питания, будто электричество было не товаром на свободном рынке, а его неприкосновенной собственностью, его любовью, и он был единственным распорядителем своей любви: «Пусть люди мучаются без электричества, пока я не соизволю… Я первый, кто стоит за генерирующим объектом, через меня течет поток электричества. Я самый важный элемент в этом потоке. Попробуйте обойтись без меня»!

Палачи из сновидения не держали на Андре Павлиновича зла, они, просто хотели проверить, действительно ли чиновник Жаденко способен без вреда пропускать через свою персону высокое напряжение, или это только самомнение.

При всей гусарской выправке, нельзя сказать, что Андре блистал умом и был шибко грамотен. Он не мог грамотно составить ни одной официальной бумаги. Ему не хватало человеческой душевности, так себе - негнущийся электрический провод. Гонор мешал, а чванство на вес тянуло на пуд больше, чем благоразумие. Каким бы важным он не чувствовал себя на своей должности, тревога не покидала его, и нельзя сказать, что она была беспочвенной.

За несколько дней до неприятного сна ему сказали почти фантастическую вещь, что электрический стул появился в небольшом селении Голынки и уже поступило предложение подключить его к РУ №6 — объекту, к которому Андре был глубоко неравнодушен. Этот объект был источником его эротической радости. Теперь он не знал, как к этому сообщению отнестись. Новость нарушила его душевное состояние на долгое будущее и изменила в корне его размеренную жизнь.

- Может, эта весть и послужила причиной отвратительного сновидения? – находясь в смятении, подумал он. - Хорошо, что сумел вовремя проснуться и остановить казнь, ведь совсем рядом находится опасное устройство. Как поступить с Голынками и его электрическим стулом? Подключать – на свою голову - к сетям или оставить без подключения? Не предвещает ли это чего плохого? Не намек ли это на то, что дурной сон рано или поздно, но непременно сбудется, раз электрический стул совсем рядом. Откуда он в этой местности? Зачем и кто притащил его в Голынки?

Сейчас Андре Павлинович в уме похвалил себя, что на всякий непредвиденный случай, ещё толком не зная, есть ли запрос на подключение электрического стула, подготовил ответ, исходя из своего однофазного источника:

– Если вдруг запрос на технологическое подключение электрического стула к энергомощностям поступит от специалистов по применению прибора казни, я буду в полной готовности отказать. Это проще, чем ломать голову над каким бы то ни было решением.

Вот, что он писал на не поступивший запрос:

«Филиал ОАО «МРСК Центра» внимательно рассмотрел Вашу заявку № … от... о технологическом присоединении электрического стула, расположенного по «указанному адресу» с приложениями и сообщает следующее: В соответствии с актом разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон №... от … технологическое присоединение энергопринимающих устройств было осуществлено.

Учитывая статью закона … «Об электроэнергетике»... повторное технологическое присоединение не может быть осуществлено».

Подготовленный ответ лег в ящик письменного стола господина чиновника неотправленным, ожидая трагической развязки пошлой истории. От полученного удовлетворения, от законченного дела Андре внимательно посмотрел на гладкие ладони своих ухоженных рук и хитро кому-то подмигнул, видимо, сам себе, так как в кабинете ни посторонних, ни сослуживцев не было.

Но Андре Павлинович злорадно видел, как заявители, получив депешу, примутся её многократно читать и перечитывать, так как заявители ни с кем не проводили балансового разграничения, а уж тем более эксплуатационной ответственности, о чем нагло было написано в ответе.

Читая стандартный ответ Жаденко, приходит убедительное понимание, кто же на самом деле больной на голову? Первый абзац ответа полностью перечеркивается вторым. Может, их стоит поменять местами? Андре Павлинович тоже задумывался об этом, но ничего путного сочинить не мог и поэтому оставил всё как есть. Особенно он понял правильность хода своих мыслей и величину своих знаний после того, как один дебил, разбирающийся в электричестве в объёме знаний ответчика, не ломая слишком голову над стандартным ответом, повторно осуществил технологическое присоединение чайника. Чайник сгорел вместе с домом.

- А что, если этот запрос насчет электрического стула - апрельская шутка? - спохватился Андре, - и меня разыгрывают, и электрический стул окажется каким-нибудь другим полезным прибором. Что тогда? Не подключать - удивятся. Подключить, а вдруг сработает? Засмеют. Мне, ответственному служащему в энергетическом ведомстве, не удалось отличить кофеварку от электрического стула?

Голова Андре продолжала безумно гореть.

В надежде избавиться от «головогорения» он обвязал больную голову изоляционной лентой. Это не помогло, изоляционной ленты было явно недостаточно. Голова продолжала перегреваться. Чугун утюга и яркие угли в нём давали о себе знать. Надо было что-то сделать радикальное, обеспечивающее полное успокоение.

Андре направился в туалетную комнату, сунул голову в чугунную раковину и открыл холодную воду. Раковина зашипела, выбрасывая клубы пара, и острый запах стоков заполнил туалетную комнату.

Постепенно страх и смущение проходили, и перегоревшие полушария головного мозга Андре медленно остывали. К нему возвращалось полусознание (в полном сознании он не был никогда). Он сел на унитаз у стены и стал размышлять – насколько справедливым было решение суда- приговорить его к смертной казни, пусть даже во сне. В туалетной комнате был еще один унитаз, который стоял у окна, и, сидя на нём, можно было наблюдать за тем, что происходит на улице, но Андре сидел на том, который стоял у стены. Андре восстанавливал в памяти ход судебного процесса:

– Кто выступал главным обвинителем, и почему у меня не было защиты? - спросил себя Андре.

Суд не запрещал иметь защитников, но Андре Павлинович пожалел денег, чтобы оплатить защитительную речь. Он не хотел зря тратиться, так как был на сто процентов уверен, что оправдательного приговора не будет. У подсудимого оставалось право на бесплатную защиту со стороны уважаемых в обществе граждан, независимых от обстоятельств судебного расследования, например, федеральной антимонопольной службы. Они могли выступить в суде в защиту обвиняемого, излагая суду человеческие достоинства подсудимого, его благородные поступки до совершения преступления, оказанное им участие в чьей-либо тяжелой судьбе, за исключением забот о собственном благе. Впрочем, по судебному своду жене также предоставлялась возможность выступать в защиту мужа. Но на суд жена Андре не явилась, и никто не спросил об истинных причинах её отсутствия.

Так оказалось, что добровольных защитников не нашлось, никто не выступил в защиту Андре. Это обескуражило Андре Павлиновича. Увидев, что те, кто мог бы выступить в суде на стороне Андре, пренебрегли его электрическим могуществом. Зато обвинители, в отсутствии защиты, не выражая сочувствия, обрушились на подсудимого, приводя в пример добросовестное исполнение обязанностей чиновниками прежних времен. Один из выступавших в прениях выразился прямо и резко, сказав: «Те, кто при исполнении должности, прежде всего думают о наживе, у тех нет ни честности, ни нашего доверия». И внес предложение закончить разбирательство казнью на электрическом стуле, поскольку подсудимый имел прямое отношение пусть не к электричеству, но к проводам, по которым передают электрический ток. Как выяснилось позднее, этим выступающим был исполняющий обязанности прокурора. После этих страшных слов Андре Павлинович сник, он почувствовал, что судебная скамеечка под ним стала мокрой. Видимо, он сильно вспотел, дрожа от страха, что потерял всякую надежду на помилование или мягкий приговор. Кто-то из партийных националистов спросил Андре Павлиновича, как он дошёл до такой жизни и предложил ему «до нага раскрыться перед товарищами, пока не поздно, не дожидаясь окончательного приговора, который, как всегда, будет суровым, но справедливым». Этот момент показался Андре самым подходящим, чтобы самому произнести оправдательную речь, хотя для оправдания никаких аргументов у него не было, кроме убеждения, что он не виновен. Андре Павлинович вдохнул спертый воздух судебного помещения грудью богатыря и начал говорить с повторения вопроса: «Как это произошло? …», но тут же осёкся. Он не мог сказать суду правду, так как правды в его поступках не было.

Андре точно помнил, что на суде присутствовало первое лицо, но как оно выглядело и в чем было одето, Андре Павлинович вспомнить не мог. Ему казалось, что первый был одет в пурпурную тогу, расшитую золотом, но он не знал, тога это или туника. Вдруг Андре показалось, что первый был вовсе не в тоге или в тунике, а в треуголке и рядом с ним находился хромой человек, который злобно нашептывал первому что-то на ухо и все время смотрел в сторону Андре Павлиновича так, как смотрят палачи на виселицу с только что повешенными преступниками. Потом Андре усомнился и в этом. Теперь ему казалось, что первый был одет в военный френч с погонами генералиссимуса.

- Этот, - заёрзал Андре, - за такое обращение с электричеством и его потребителями точно, не моргнув глазом, приговорит к высшей мере. – Вот как поворачивается судьба, - подумал Жаденко – всё хорошо-хорошо и вдруг – бац, и на эшафот. Нет, не на эшафот. Меня «поджарят» на электрическом стуле по специальности и даже не примут покаяния, ведь я действую во вред людям не только от души, но и по должности, пока её не лишён. Разве, не имея должности, напишешь отказ гражданину, обратившемуся за технологическим присоединением? Не имея должности, даже косвенно не намекнешь на желание получить откат. Разве остались среди нас независимые и достойные? Абсурд. Мы безнравственные и алчные, не знающие ни стыда, ни совести, будем править страной. Мы затопим всех вселенской грязью и будем скользить по ней и топтаться на месте. Нам некуда спешить. Климат, который создаёт мой брат- чиновник и алчный менеджер, не для честных людей. Они обречены.

По строгому указу об электроэнергетике подключать электроприборы к передающим сетям являлось прямой обязанностью начальника Жаденко. Этот закон ему надлежало выполнять неукоснительно. И по этому закону у него не было права отказывать гражданам, обратившимся за подключением. Он же действовал вопреки закону, отказывая изощренно и издевательски, как заправский садист, мучая свои беззащитные жертвы. Высокая электрическая должность открывала Андре Павлиновичу не право, а возможность быть безнравственным, безрассудным, превращать свои пороки в непристойные издевательства над людьми. Было очевидно, что в его действиях нет здравого смысла, но каким-то образом ему удавалось сохранять должность.

Так он поступал каждый раз, не пытаясь справиться с недугом, который не был описан ни в одном медицинском трактате со времен Авиценны. Недуг состоял в том, что Андре испытывал ненависть к людям, обращавшимся к нему с их законным стремлением пользоваться электричеством.

- Откуда это дьявольское наваждение? – из-за трудного детства или устойчивого психического расстройства?

Андре знал правдивый ответ на свой вечный вопрос, но ответить по совести не осмелился и в этот раз. Он даже себе боялся признаться в том, что получал наивысшее удовольствие, сравнимое разве что с полным обладанием женщиной, когда видел, что от его бессмысленных решений кто-то терпит урон и страдает. Он боялся лишиться возбуждающего наслаждения и искал всякую возможность поиздеваться над людьми, особенно над теми, кто был беззащитен перед его электрическим могуществом. Поэтому к месту и не к месту он создавал ситуации, где можно было безнаказанно измываться над простыми гражданами, обращавшимися к нему с просьбой подключения к электрическим сетям утюгов, холодильников и других электрических установок мощных и слабых. Тело Андре пронизывала дрожь, и по лицу от губ до самого затылка скользила кривая безобразная улыбка, когда он втайне восхищался своей изуверской ловкостью. Отказывая людям в их законных требованиях на право пользоваться электричеством и видя, что люди начинают нервничать и искать его благосклонности, он упивался своей должностью, испытывая чувство превосходства. Такое наслаждение испытывает задира-извращенец-подросток, что имеет явное преимущество перед теми, кто меньше его ростом и силой. На службе никто никогда не видел его лица, обезображенного этой злой конвульсией. Утром перед тем, как отправиться на работу, крутясь перед зеркалом, припудривая нос и подкрашивая брови, он «надевал маску» энергичного, работоспособного мужчины, не красавца, но и не урода. Его начальство не угадывало и не предполагало, сколько с ним ещё придется пережить служебных неприятностей, поскольку он являл собой скрытый физиопсихологический феномен.

В студенческие годы Жаденко продал душу дьяволу и с тех пор скрывал, что в его душе всегда находится сатана, младший брат дьявола, и Андре вредит людям не по собственной воле, а выполняя сатанинский долг. Читатель, освоивший хотя бы небольшую часть современных знаний, навряд ли поверит подобному предположению. Но это не предположение. Тогда, объясните мне, откуда у Жаденко столько ненависти к людям, не причинившим ему ни зла, ни вреда? Нет, это в его характере ничто иное, как дъявольское наваждение. Хотите верьте, хотите не верьте. Но я в этом убеждён.

В домострое за связь чиновника с дьяволом предусматривались самые тяжкие наказания. Казнь на электрическом стуле по сравнению с ними была роскошью. Дьявол, которого не могли обнаружить, но о соблазнах которого все знали, был неподсуден во всех случаях, как неустановленное лицо. Поэтому на чиновников и менеджеров, вступивших с дьяволом в сговор, перекладывалась вся ответственность. Они несли двойное наказание – кроме казни на электрическом стуле, их ещё лишали имущества в пользу казны. Андре Павлинович, размышляя, даже не пытался лечь в постель и заснуть, хотя бы на полчаса. Он просидел в туалете до утра. А утром пошёл на службу исполнять свою должность.

 
201402-162.jpg

Журнал Смоленск 2007 год

Журнал Смоленск 2006 год

Чтобы сообщить об ошибках в тексте на нашем сайте, нужно выделить текст и нажать SHIFT+ENTER

Комментарии

  • ВЕРА, ВЕРОЧКА

    21.10.2020 23:54
    В заброшенном состоянии находится могила Веры Анатольевны на Окопном кладбище. Родник, Институт искусств, Детская библиотека, Физакадемия хотят исправить ...
     
  • ВЕРА, ВЕРОЧКА

    21.06.2019 16:10
    Какое счастье, что я знал этого светлого человека! Встретились мы на занятиях "Родника" Юрия Пашкова. Посредством таких людей душа моя осталась в ...
     
  • ПОКЛОН УЧИТЕЛЮ

    03.05.2019 01:25
    Ильющенкова Мария Антоновна после переезда в Смоленск была директором 31 школы, а не 34(как указано в вашей статье). Я являюсь ее внучкой, дочерью ...
     
  • Шишок

    09.12.2018 13:38
    В ноябре этого года,я посетила могилу М.К.Тенишевой,о на находится в идеальном состоянии,видим о А А.Ляпин (мое глубочайшее почтение),остав ил кладбищу ...
     
  • ОПЕРА

    11.10.2018 23:53
    Здравствуйте! Мой дедушка - Кукес Юрий Матвеевич, Народный артист РФ, разыскивает своего двоюродного брата Алексдрова Александра Марковича. Наткнулась ...
     
  • Бога за бороду схватили?

    19.05.2018 17:38
    Могу ли я стоять в стороне, когда честных добросовестных лейтенантов ДПС за добросовестное выполнение своих обязанностей (а это подтвердила служебная проверка ...

© 2021 Журнал Смоленск. Все права защищены.
Журнал Смоленск — независимое издание.