Горькая страсть полонеза Огинского

Начало №7 (215) 2018 г.

Глава 2 №8 (216) 2018 г.

Глава 3 №9 (217) 2018 г. 

Глава 4

… Везли их в обыкновенном крытом товарном вагоне, в котором перевозят затаренные в мешках грузы или скот. Перед этим обещали выделить для них пассажирские вагоны, и выделили даже таких три, но остальных военнопленных загнали в товарные вагоны. Набралось около двенадцати вагонов. Перрон перед погрузкой в вагоны освободили от всех гражданских лиц и окружили со всех сторон цепью солдат. Здесь наряду с энкавэдэвцами, отличающихся по форме и цвету галифе и добротных гимнастёрках и в большинстве яловых сапогах, стояли и обыкновенные красноармейцы в полинялых гимнастёрках и потёртых кирзовых сапогах.

Суровые энкавэдэвские командиры ходили взад-вперёд по перрону кого-то постоянно одёргивали, чем-то всегда были недовольны.

И сегодня стояла хорошая осенняя погода. Несмотря на середину октября, было за десять градусов тепла. В последние дни постоянно светило солнце. В прозрачном осеннем воздухе сновали ещё мухи, а вечером гудели комары. Перрон за день нагревался, и это вызывало повышенное желание жажды. Но пить не давали.

Колонны пленных польских офицеров и часть гражданских лиц стояли напротив путей, дожидаясь, когда подойдут вагоны и поступит команда на погрузку.

Наконец, обдуваясь белым паром, стал приближаться с восточной стороны вокзала паровоз, тоща за собой, позвякивающие на стыках рельс, пустые товарные вагоны, впереди которых было три синих пассажирских.

- Внимание! – прозвучал откуда-то от станции дверей громкая команда, которую тут же повторили, стаявшие напротив колонны командиры НКВД. – Приготовиться к погрузке!

Все тут же зашевелились, подняли стоящие у ног вещевые мешки, забросили их за плечи.

Строй красноармейцев полубегом помчал к вагонам. С другой стороны к нему быстрым шагом пошли младшие командиры. Стоящие на перроне остальные командиры более высокого ранга поспешили к дверям вагонов, доставая из планшетов списки военнопленных.

-  Заходим по одному, после оглашения фамилии и имени и ответа «Я», - кричали из разных сторон командиры надрывными голосами.

Анджей глянул в левую сторону. Там он заметил, как к небольшому скверику подошла группа красноармейцев с ручными пулемётами. На крыше станции тоже появились пулемётчики. Стволы их были направлены на вагоны.

- До звиденье, Польша! - крикнул кто-то.

- Молчать! – крикнули от вагонов. – Ещё слова и в другое место пойдёте господа офицеры.

На удивление, погрузка закончилась очень быстро, за тридцать- сорок минут.

В вагонах на полу была разбросана ржаная солома, слегка сыроватая и пахнущая плесенью.

- Курить запрещается! – слышалось вокруг на ломаном польском языке. – В окна не смотреть.

- Да только здесь и увидишь всё. На такой высоте и вокно в полоску, - сказал кто-то из глубины вагона.

- Вагоны экстра-класса, писк последней моды цивилизованной Европы, - выкрикнул ещё кто-то. – Располагайтесь удобно, паны офицеры.

Послышался недружный, прерывистый смех всякий раз в ответ на звучащие колкости.

- Поедем матушку Сибирь осваивать!

- Нет, повезут в московские рестораны.

- Нет, сначала в баньку с холодным парком погонят, потом картофелем в мундирах царских накормят, а потом и в бордель сведут.

Опять нервный прерывистый смех. Смеялись грустно, с натягом, глуша витавшую вокруг тревогу и неизвестность.

- А Сикорского говорят, всё же расстреляли, - произнёс кто-то из правого угла. У Канецкой рощи.

- Немцы?

- Нет, русские.

- Это кто так точно определил эти координаты? – грубо отозвались с противоположного угла.

- Да есть люди, которые всё знают. Брат его хотел золотом откупиться, так и его самого схватили и золото отняли.

- Дурак!  Куда – пошёл с золотом.

Голос стал тише:

- Точно, один их командир так и сказал по секрету, у него самого брата недавно арестовали всего за то, что сказал: «С немцами нельзя дружить, тем более с Гитлером их». Он ещё сказал, что нас хотят отвезти дальше от немцев, потому, чтобы мы не сговорились с ними и не начали воевать вместе против Советов.

- А немцы как себя ведут у нас? – спросил кто-то хрипловатым голосом.

- Да хуже красных. А евреев так начали расстреливать улицами. Говорят в Варшаве, расстреляли уже около десяти тысяч.

- Откуда ты знаешь?

- Да в газете вчера видел…  В последнем номере «Нива».

- А англичане что смотрят: у них же евреев побольше нашего?

- А что смотря? У каждого своя шкура. Они все эти президенты и премьеры Гитлера недавно ублажали.

- А наш-то премьер тоже – молодец! Чуть Гитлер вторгся к нам, так быстрее брюки в руки и бежать в Англию! А вы, офицеры и солдатики, отдувайтесь здесь теперь сами.

- Опять же своя шкура ближе к телу.

Глава 5

…Первый раз Ядвигу Вронскую Веслав увидел случайно проходя мимо женской гимназии… Стоял ясный по-летнему тёплый день, которые редко бывают теперь в сентябре. Погода, как бы расставалась с летом, уступая своё место холодным северным ветром, приносящим с Балтики туманы, сырость и мелкие холодные дожди.

Это были дни заезда гимназистов в свои учебные заведения. Сам Веслав тоже только вчера приехал к своему дядьке Яну, где он квартировал и харчевался по взаимному уговору его матери со своим родным братом, работающим в городском полицейском управлении. Сегодня он вместе со своим двоюродным братом Юзефом решили пройтись по неширокой улочке мощёной булыжником, спускающейся прямо к Муховцу. Здесь обычно любили гулять гимназисты старших классов и семинаристы учительской семинарии. И вот он увидел её – Ядвигу… Она шла в аккуратной гимназистской форме с белым воротничком, которая как-то по-особому чётко оттеняла её бархатистую кожу шеи и нежный овал подбородка. Серые глаза были с неким насмешливым вызовом и одновременно с взрослым чувственным женским обаянием, которое опережало её возраст. Шла она под руку со своей подружкой в такой же гимназистской формой, но с острыми ,в резком контрасте со своей подругой,  прямыми чертами лица. Чуть курносый, будто заточенный к концу нос, щёки с выступающими усечёнными скулами. Это была Геля Садкевич.

- Ядвига Вронская! – шепнул на ухо Веславу Юзеф, заметив как остановившийся Веслав, откровенно загляделся Ядвигой.

А девушка, увидев остановившегося высокого парня с раскрытыми изумлёнными глазами, слегка скосила в его сторону глаза, прыснув из них порцией новой волшебной обаятельности, и тут же перевела безучастный взгляд на дорогу.

- И кто она такая? – тихо спросил Веслав, не отрывая взгляда от удаляющихся девушек.

- О! Дочь самой директорши женской гимназии и её мужа – первейшего заместителя главы нашего города… Воображалка она!.. Делает вид такой неприступности… А за неё уже два офицера из кавалерийского полка, что стоит на окраине нашего города, стрелялись.

- Да, - вздохнул Веслав. – За такую можно подраться, даже и стреляться.

- Но маменька её, говорит, что она ещё малолеточка, - съязвил Юзеф.

- Откуда ты знаешь?

- Да моя мамка с её родной тёткой в дружбе состоят… «Наша Ядя выйдет только за офицера», говорит её тётка.

- За офицера? – машинально произнёс Веслав и задумался.

Эти слова он запомнил на всю жизнь…

Был Веслав родом из семьи средних панов-землепашцев. Дед его Корней Гожерский, был русин из западных русских земель, а точнее белорусских, одно время торговал он овечьей шерстью, имел в своём распоряжении  чесальню для чистки овечьей шерсти, часть которой он скупал у крестьян ближайших деревень и продавал варшавским и краковским ткачам. Поимел на этой продаже хорошие деньги, купил под Каменецком землю и мечтал развести собственную большую овечью ферму, так как по его расчёту это был самый выгодный бизнес в то время.

Но дела с овечьей фермой у него шли с переменным успехом. То внезапно падали цены на шерсть на европейских аукционах, где тон задавала Англия, то внезапно какая-то болезнь животных косила половина стада.

Чтобы не дать упасть окончательно своему бизнесу, он женил своего сына, отца Веслава, на дочери Марии польского земледельца Маревича, дела которого шли значительно лучше и с которым Корней Гожерский когда-то состоял даже в одном бизнесе. Мария была красивая девушка, но слегка нахрамывала на левую ногу, получив травму в детстве, в результате оборвавшегося прогнившего потолка на старом сеновале, где она гуляла со своими братьями в прятки. Но, несмотря на это, она была умная, хотя и властная женщина, правда имела способность и вовремя отступить, чтобы не дать унизить мужское достоинство мужа. Дед Корней видел всё это, когда заезжал в гости к сыну и, подняв две «чары-мары», говорил об этом так:

- А ты Мария, разумнейшая баба!.. И власть маешь, и в час отступаешь, в обчим – хозяйством правильно правишь. Но и польский гонар добре маешь… Только гляди не перегни им моего русина-сына… Хотя я и сам имею некие корни польские.

- Ну, что вы, тата, - опускала смиренно очи Мария, - разве можно бабе на мужику сидеть, это не по-людски.

 - Э-э, знаю я вас поляков!.. Но в этом и розум твой, Мария… И что ценю в тебе, Мария, что детей своих решила учить А младшого на Веробовчихе женил. Так они в землю носом зарылась и внуку и внучке только пачатковую школу желаю дать… А это не наш час, говорю я им – мало пачатковасти! А им хоть ты кол на голове чеши. «Хватит им пачатковой школы и всё», - твердят - «Земле наука не нужна, земле нужна сила да разворот». А какой он будет разворот без умных знаний? Да и сколько раз я им твержу: «Не то это время сегодня… Наука идёть вон бегом».

- А наш  Веслав хорошо себя показал в математике, - хвасталась часто мать Веслава. – Вот уже два года подряд грамоту за успехи в математике в конце года имеет.

- Это похвально, - гладил свою аккуратную бороду дед Корней. – Это очень даже похвально. В математике первенствует – значит, может пойти учиться на банкира, там голова крепкая нужна. А я вот мыслю уже трактор себе купить. Кредит в банке заиметь. Время такое, что железный конь сейчас в большом хозяйстве ох как нужен!

Любил в такое время Веслав сидеть у края стола, где его дед Корней торжественно восседал и размышлял про житьё-бытьё современное.

- А знаешь, почему у нас такая фамилия в точности как польская? – однажды сказал ему дед Корней и положил свою широкую сальную ладонь на плечо Веслава. – Ты уже большой, по секрету тебе и скажу… Это мой дед, а твой прадед перемудрил. Он, когда тут было восстание против русского царя, хотя сам и чистокровный русин родом из-под Смоленска примкнул к восставшим полякам. Ведь чего смекнул: хотел мужика нашего от царского да боярского ярма освободить. А поляки восставшие что тогда говорили: «Уйдём от царя, поставим своё государство, где каждый будет вольным хоть ты пан, хоть мужик». И пошёл мой дед Сашка-смоленский в войска польские, громить царских олухов. А когда захлебнулось-то восстание, так он схитрил и к одной такой непримкнувшейся к восстанию польской семейке прилепился, да на её средней дочке и брак заимел, и тут же перешёл на её фамилию. Так что и в нашей крови есть польская настоящая квасина, но и большая русская квасина имеется. Но ты в математике меня радуешь… Сейчас смотри какие машины железные делают! Ого-го-го! А всё это по счёту да этой математике завязано… Так что, если не банкиром будешь, так машины эти будешь считать и ладить. А это – дело!

Последний раз дед Корней приезжал на своей крошечной коричневого цвета бричке, запряжённой в два, белых в яблоках, коня. Сидя за столом, он рассказывал:

- Встречал я одного человечика, он оттуда, - дед махнул в сторону востока, - недавно перебежал…

- А что разве можно «оттуда» перебежать? – удивлялся сын Станислав, отец Веслава.

- Можно, если очень захотеть… конечно риск большой, но тот перебежал, рискнул значит… Рассказывал как там Советы эти живут в своих колхозах и коммунах.

- Ну, и как они живут? – спрашивала мать Веслава, у которой второй родной дядька жил под Борисовом.

- Я бы не хотел так жить, - тяжело вздохнул дед Корней. – Всё у них обогулили, обобщили…

- И женщин тоже? – ужаснулась мать Веслава, слухи о том ходили в их краях.

- Нет, женщин пока не обогулили, - улыбнулся дед Корней, - до этого ещё у них не дошло. Брешут об этом в наших газетах. Но лошадей и коров, обогулили, только одну оставили для своего хозяйства… колхозам всё это они назвали. Вместе на поле работають… Коллективное хозяйство это зовётся.

- Так оно может так легче? – сказал отец Веслава. – А то: чем больше хозяйство растёт, тем больше рук рабочих надо…

- Легче то оно легче, но у колхоза их государство весь хлеб себе забирает, а мужику за весь его труд только спасибо говорит.

- Как так? – недоверчиво возразил отец Веслава. – А на что жить? Что есть будешь? Так же с голода умрёшь.

- А вот так… Ч тобы совсем не умереть, оставили мужиком при их дворах всего пятьдесят соток. От него и питаются мужики.

- И всё? А за что тогда работать? – не соглашался Станислав. – Это же крепостное право цельное.

- А-а! То-то и оно!.. Обещают, говорят, что вот как разбогатеем, да построим эту свою большую коммунию, тогда и часть хлеба будем раздавать по хатам, а так надо армию и рабочих в городах кормить и одевать.

- Нет, так это не может быть? Это же не в одном государстве наверное нет такого?

- До точности, я это всё не знаю…  Но мужик отбил себе грудь, говорил, что точная эта правда. Потому и сбежал оттуда к нам.

- Ой-ё-ё-ёй! – кивала головой мать Веслава. – Мучаются же люди задаром.

Когда уже дед Корней уехал, отец Веслава долго рассуждал с женой, об этом его рассказе про жизнь мужиков на земле в Советах.

- Нет, - говорил отец. – Это всё брехня!.. Сбежал видно оттуда, потому что может что утварил там или что своровал… Тогда всё можно придумывать. Ну, не может же так вот человек бесплатно работать?.. Что-то ты, батя, или недопонял, или пропустил мимо ушей что-то важное.

Почему-то этот разговор деда Корнея, очень запомнился Веславу и, когда перед ними, уже в училище военном, выступал один политический деятель и рассказывал о таких вещах в СССР, Веслав вспомнил о рассказе деда Корнея…

…Та мимолётная встреча с Ядвигой Вронской, хотя была мимолётной и Веслав уже готов был забыть о ней, однако прекрасная паненка ему иногда вспоминалась. «Да, для такой красавицы нужны только королевские апартаменты. А ты что со своим мелким фольварком родителей?.. Ей край – давай офицера богатого».

Но тут произошёл один такой интересный случай. Веслав не только был одним из первых в своей гимназии по математике, но и по литературе польской один из первых в гимназии. На одном из конкурсов по польской литературе в своей гимназии он неожиданно занял первое место!.. И вот его, как победителя конкурса, направили в Варшаву, где был первый смешанный конкурс (юноши и девушки) по литературе одной из Варашавских гимназий. С удивлением он увидел среди конкурсантов и Ядвигу Вронскую из Брестской женской гимназии.

Конечно он и Ядвига Вронская прибыли разными путями со своими сопровождающими учителями, которые ещё оказалось, были и очень хорошо знакомыми. Учителя при первой встрече стали обсуждать этот первый большой литературный конкурс, а он и Ядвига стояли рядом, то и дело, вскидывая глаза один на одного, боясь заговорить первыми.

- Ты всего прочитал Адама Мицкевича? – неожиданно спросила она первая Веслава.

- Нет, - почему-то чуть покраснев, сказал Веслав. – Разве можно его одного всего прочитать?

- А я его всего прочитала от корочки до корочки, - снисходительно улыбнулась Ядвига. – И французского писателя Гюго всего прочитала.

Здесь Веслав затушевался, Гюго он вовсе не читал, вернее, прочитал недавно всего страницу из его одного романа, названия которого он сейчас и не помнил, кажется про собор Парижской богоматери.

«Не только -  красивая, но и умная, - подумал он про неё. – И где мне тут тягаться с такими. Вот если бы по математике, то можно было бы ещё посмотреть… А ещё – если бы играть на виолончели… (Он играл на виолончели в гимназистском оркестре). А тут Гюго, весь Мицкевич! Ну, и зачем меня привезли сюда? На посмешище?»

Но отступать было уже некогда… Тема же конкурса, которая выпала в его варианте касалась именно творчества Адама Мицкевича.

«Ну, этой Вронской в руку!» - подумал он и даже почему-то обрадовался за прекрасную Ядвигу Вронскую.

Конкурс был письменный и вопросы в общем несложные. «Ах, было – не было!» - сказал он себе.

Жили конкурсанты юноши и девушки в различных корпусах Варшавского гимназического пансионата и Веслав до конца конкурса, когда им должны через два дня объявить результаты, больше не встречался с Ядвигой и её сопровождающей учительницей паней Зосей.

Какое же его было удивление, когда по результатам конкурса он вдруг среди юношей-гимназистов получил второе место. А среди девушек-гимназисток первое место заняла Ядвига Вронская!.. И вот они сидят рядом в кабинете государственного министра по образованию, где тот вручал им ценные подарки: кожаные специальные портфели и набор чернильниц и ручек. А потом они вместе ездили по музеям Варшавы, опять же в сопровождении своих учителей.

- А ты говорил, что не всего прочитал Мицкевича, - смеялась Ядвига. – А вот видишь – как тебе повезло, выпало то, что ты читал, значит ты – счастливый человек, Веслав.

А он всё смотрел на неё, краснел и что-то отвечал невпопад. Это был для него ещё один «конкурс». После такого конкурса он не раз бродил возле женской гимназии, ища встречу с Ядвигой. Она видела его, приветствовала, позволяла даже идти рядом до её дома, который находился совсем недалеко от женской гимназии, да и всё. «Она выйдет только за офицера», - вспоминал он слова Юзефа. И Веслав решил: во что бы то ни стало обязательно, после окончания гимназии, поступить в военное училище.

Добавить комментарий

Правила добавления комментариев
  1. Содержание комментариев на опубликованные материалы является мнением лиц их написавших, и не является мнением администрации сайта journalsmolensk.ru. 
  2. Каждый автор комментария несет полную ответственность за размещенную им информацию в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также соглашается с тем, что комментарии, размещаемые им на сайте, будут доступны для других пользователей, как непосредственно на сайте, так и путем воспроизведения различными техническими средствами со ссылкой на первоначальный источник. 
  3. Администрация сайта journalsmolensk.ru оставляет за собой право удалить комментарии пользователей без предупреждения и объяснения причин, если в них содержатся:
  • - прямые или косвенные нецензурные и грубые выражения, оскорбления публичных фигур, оскорбления и принижения других участников комментирования, их родных или близких;
  • - призывы к нарушению действующего законодательства, высказывания расистского характера, разжигание межнациональной и религиозной розни, а также всего того, что попадает под действие Уголовного Кодекса РФ; 
  • - малосодержательная или бессмысленная информация; 
  • реклама или спам; 
  • - большие цитаты; 
  • - сообщения транслитом или заглавными буквами за исключением всего того, что пишется заглавными буквами в соответствии с нормами русского языка; 
  • - ссылки на материалы, не имеющие отношения к теме комментируемой статьи, а также ссылки, оставленные в целях "накручивания трафика"; 
  • - номера телефонов, icq или адреса email. 

Защитный код Обновить

Читайте также

Ветераны продолжают службу

№10 (218) 2018 г. 190

Бывают же такие парадоксы: 05 октября 1918 года стало днем рождения уголовного розыска молодой росси...

Пресечено мошенничество в особо крупном размере

№10 (218) 2018 г. 174

Двое подозреваемых по поддельному паспорту пытались завладеть 8 миллионами рублей, принадлежащими кл...

Пресечена попытка контрабанды наркотических средств

№10 (218) 2018 г. 165

Сотрудники отдельного батальона ДПС по обслуживанию автодорог федерального значения УГИБДД УМВД Росс...