Журнал Смоленск

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

КОЛЬЦО ЖИЗНИ

КРЕСТЬЯНСКИЕ ДУМЫ

Александр ЯКУШЕВ, хутор Екимовка Вяземского района

- Знаешь, - сказала знакомая, - не хочу тебя расстраивать, но в твоих размышлениях о деревне много печального. Я давно живу в городе, и мне кажется, не все так плохо на селе.

- Имеешь в виду производство, образ жизни, инфраструктуру? – уточняю замечание общего порядка. – Может, в деревне, где ты родилась, что-то развивается?

- Нет, - смущается собеседница, - от моей малой родины в Ершичском районе остались одни воспоминания: сказочная речка Ипуть, ветлы над старым прудом, да и в окрестности, как говорят, плотность населения на полтора километра один человек, но все же не хочется верить...

О-хо-хо! В это опустошение действительно не хочется верить. Да что там, простите за резкость, Ершичская глубинка, вдоль трассы Москва-Минск лишь кое-где увидишь засеянные пятнышки полей, а стада пасущихся коров не разглядеть, может, из-за чащобы лиственного самосева, бесцеремонно оккупировавшего брошенные сельхозугодья?

Понимаю: разумному человеку, знающему цену, которую платили селяне за рациональное земледелие, содержание скромной инфраструктуры дорог и издавна обжитых мест, тяжело постичь глубины антиморальных решений на государственном уровне, приведших к столь печальным последствиям. Сельский мир при всей своей огрубоватости в быту и культуре – хрупкий мир. На агрессию со стороны – в «перестроечные» 90-е и последующие годы – это был поистине «Девятый вал». На слегка узаконенное разворовывание коллективных хозяйств ответ был предопределен: деревня ускоренно без протестов вымирала.

Мой покойный отец, активно помогавший, кстати, в обустройстве хуторской жизни на восьмом десятке лет, случалось, летними вечерами брал в руки с детства обожаемую гармонь и такими всплесками радости тревожил отходящий ко сну день, так мастерски перебирал пальцами кнопки, что поневоле вспоминался молодым Павлом Ивановичем, в многолюдном кругу односельчан приплясывающим с гармошкой на голове. Редко играл он задумчиво-печальное, что-то расстраивало при этом папаню, голова клонилась к мехам инструмента, и можно было заметить слезу...

- Что нам, сынок, грустить, - отвечал он, глядя в сторону, - если бы наши предки узнали, в каком раю живем, они бы плакали от счастья. Вместо земли хомут на шее носили: и то не смей, и это. Только я не очень верю и в нынешнюю благость. Непривычно людям у власти нашего брата на вольные хлеба отпускать, не для того переустройством жизни занимались, чтоб на частную кормушку со стороны смотреть.

- Ладно, батя, философствовать, - не соглашался я. – Чтоб земля кормушкой была, на ней работать надо. И еще как работать. А у нас, к примеру, ни света, ни дороги, ни телефона, ни дома приличного. А ты с раем сравниваешь!

- Это все приложится, - гнул свою линию отец, - в нашем роду лодырей не было. А через труд можно многого достичь, и внуки нормальными людьми вырастут, не пенкоснимателями. Я сегодня семь сосен у пруда посадил. Ты, наверное, подумал: гудит старик. В лесу живем, и елок и сосен в изобилии, а представь, лет через двадцать - какие красавцы у воды расти будут. В сенокосную пору искупаться, в тени передохнуть – наслаждение. Счастливое будущее и из мелочей состоит. А на власть оглядываться с надеждой на помощь, осуждать кого-либо, согласен с тобой, – пустая трата времени. Сажай, копай, строй, и все с улыбкой должно быть, с видимым настроением. У тебя на душе кошки скребут от несправедливости, от обиды, а ты пой и детям что-то веселое рассказывай. И к ним твой оптимизм привьется, хандрить меньше будут. И государству легче будет, если всем нам не сказки слушать, да бесовщину смотреть, а полезным трудом заниматься.

Конечно, если невзгоды к сердцу близко принимать, - тяжелее работать. Что с того, что власть ныне отшатнулась от крестьянина, забыла, как, захлебываясь, восхваляла американского фермера, обещала изобилие доморощенного продукта. Не хочу вспоминать политически хитро обставленный земельный передел – нужные люди свое получили сполна и сейчас жируют, продавая землю под строительство предприятий, дорог, дач, особняков. Чистой воды спекуляция. С голубых экранов скороспело-богемные прожигатели жизни порой пытаются рассуждать о непригодности к сельхозпроизводству огромной территории страны, шутливо печалятся о высоких банковских процентах с кредитов или махинациях в «Росагролизинге». Ясно одно: с точки зрения устойчивого развития мы выглядим карикатурно. Эффективность использования земли в нашем регионе практически нулевая.

- Интересуюсь у главного агронома Вяземского райсельхозуправления: - за два года вашей работы к кому из владельцев неиспользуемых земель сельхозназначения применены санкции? –

- Таких прецедентов не было, - слышу в ответ.

- Но ведь требования Закона однозначны: через три года после приобретения земля должна быть в обороте!

- Так и есть, - слышу смешок в телефонной трубке на мой двояко истолкованный вопрос – землю перепродают, она снова в обороте у другого хозяина, и отсчет времени ее освоения вновь начинается с нуля.

Отношение к Закону РФ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» уже давно стало притчей во языцех. Видимо, когорта чиновного люда, удовлетворив собственный интерес в приобретении землицы, посчитала задачу выполненной. Удивляет легкость, с какой должностные лица игнорируют документы, жизненно необходимые для продовольственной безопасности государства, избирают собственный маршрут, вне зависимости от установленного регламентом.

Вот африканская чума пожаловала – требуют в личных подворьях безотлагательно ликвидировать хрюшек. Главный госохотинспектор района мониторит ситуацию, выдавая сотни лицензий на отстрел излишне скученного поголовья кабанов. Уверен: на бумаге все будет в ажуре, только вот ни единого выстрела не слышу в охотхозяйстве «Волков-плес». Видно, частник частнику не ровня, и совсем не важно, что переносчиком заболевания является именно свободно гуляющий по лесам кабан, а не домашняя свинья на откорме в тесноте хлева. С таким подходом, может, и кайдаковский свинокомплекс следует основательно пощипать – не дай Бог занесет ветром вирус?

Есть мнение, что наше село обречено на вымирание и якобы по прошествии времени другие люди в иных условиях возродят сельское хозяйство. Тиражируется оглушающе-глупый, стоящий великих жертв в человеческом и финансовом измерении эксперимент. Помните: «...разрушим до основанья... новый мир построим». Право слово: мурашки по телу от такой исторической перспективы.

Почему-то в Дании люди, обремененные ответственностью за последующие поколения, оберегающие традиции, любящие свою малую родину, строят у побережья дамбы, а потом сотни лет выращивают на этой площади (ниже уровня моря!) сидеральные культуры, постепенно создавая плодородный слой почвы. Да и на строениях их – жилых и хозяйственных – ясно видна вековая печать времени. И нет здесь идеологии выбрасывать, словно кукушка, из гнезда то, что может пригодиться последующим поколениям. И смена собственников к такому расточительству не ведет. А уж как оберегают и приумножают там свое поголовье животных, праздники в их честь устраивают, как сельскую молодежь сызмальства к труду приучают – позавидуешь!

А нам и подавно негоже создавать искусственный хоспис на русской земле с единственной целью – уничтожить крестьянство.

В какие только камуфляжные формы не прячется это желание сибаритствующей власти: то придумают программу строительства домов на селе, то примут решение о строительстве дорог, но все с такой бумажной канителью, с такими оговорками, что становится ясно – курс на вымирание деревни выдерживается. С времен М. Горбачева езжу по разбитым сельским дорогам и везде с фигурными выкрутасами – о ремонте забыли напрочь.

Недавно побывали с женой и внуками в старинном селе Крутое. Во время Отечественной войны 1812 года крестьяне под предводительством местного священника Григория Лелюхина, как и отряд Дениса Давыдова, в боях в окрестностях села нанесли ощутимый урон французским захватчикам. На заброшенном кладбище некогда именитого села нашли мы могилу прапрабабушки внуков. Настоящим вечным покоем повеяло от заросшей бурьяном долины реки Лосьминки. Ни дорог, ни тропинок, лишь усыпанные плодами искалеченные яблони, в приствольных кручах которых все перерыто кабанами, да ряды могучих лип с несколькими почерневшими домиками на угоре – лишь они могли напомнить сведущему человеку, какая жизнь здесь кипела! Единственные жители – Николай Петров с сыном в маленькой скособоченной пятистенке, на углу которой бросалась в глаза тарелка для приема телепередач, а из-за занавешенных окон доносилось шумное действо спектакля, не сразу услышали наше громкое приветствие с улицы.

- Как живется, дядя Коля? – обратилась супруга к маленькому толстоватому мужчине за 70 лет. По узкой тропинке, вдоль покосившегося тына палисадника, он шел к нам неторопливо, настороженно поглядывая и лишь подойдя поближе улыбнулся:

- А вы кто?

- Соседка ваша. С Аладина. Может, Колбасову помните? – объяснила жена.

- Надю? Ну как же не помню. А ты дочь ее? – широкая улыбка обнажившая потемневшие зубы в обрамлении синих губ теперь уже не сходила с лица старика:

- А мы тут бедуем. Козу держим, собачек. Жена прошлым летом умерла. Сенца чуть подкосили. Да кабаны замучили, под окнами избы роют, того и гляди в подполье избы заглянут.

- У вас же собаки? – черная, вертлявая крутится у моих ног.

- Эти звоночки их не отпугивают. Они с ними давно подружились.

- Незваные гости не обижают вас?

- Да что ты, - нараспев скороговоркой отвечает Петров – к нам дорога непроезжая, а если кто в глухомань эту заберется, то с единственной целью порыбачить. В этом году вообще никого не видел.

Эта местность мне была хорошо знакома, но за прошедшие годы все изменилось: поля заросли, строения рухнули, теряясь в догадках, по какой дороге идти, пошли наугад по наиболее широкой с колеями, кое-где мастерски зарытыми кабанами. На асфальтированное ответвление дороги Исаково-Коханово вышли неожиданно и под накрапывающий дождик поспешили к часовенке в честь явления иконы Николая Чудотворца в праздник Преображения Господня в XIX веке. Построенная в 2007 году братьями Олегом и Евгением Микеевыми она как магнитом притягивает к себе помолиться, испить живой воды.

- Красиво как, - оживились уставшие внуки и стали щелкать фотоаппаратом.

- Слава тебе, Господи, - подумалось мне, - что нашлись добрые люди, восстановившие место, чтимое православными, купель строят, территорию облагораживают...

Безмолвный лес окружает Святой источник, лишь капли дождя стучат по жестяной кровле. Хрустальной чистоты вода бежит по каменистому ложу природного ущелья. Из рук в руки передаем алюминиевый ковшик с ледяной влагой. Восторг от содеянного бескорыстными верующими людьми еще долго будет бередить сердце, и обратная дорога домой не будет столь утомительна. Серые журавли с ближнего поля провожают звонким курлыканьем, а вот и обсыпанные яблоками сады умирающей деревни Коханово, где сотню лет тому назад жил помещик Николай Иванович Казачков и где сегодня проживает его внучка, переехавшая из Москвы – Елена Васильевна Чурашова, инициатор восстановления часовни.

Разорванное кольцо жизни пытаются бескровно соединить люди, для которых в Вере, Надежде, Любви смысл человеческого бытия. Может, на чаше мирских весов и мы себя оценим по иному, а к собственному достоинству постараемся приплюсовать полезный для Отечества труд. А то ведь пророческие слова местного помещика, сказанные крестьянам, вовлеченным в вихрь революционного разбоя: «Пройдет время, и эта земля вам будет не нужна» сбываются устрашающе быстро. Смена ценностных ориентиров на зыбкой почве коррупции и принаряженной лжи к добру не приведет. Потому и смотрю на сельский мир без розовых очков, понимая, что ни нано-технологии, ни Олимпиады со Сколковым не возродят обезлюдевших деревень, ни на йоту не прибавят уверенности в завтрашнем дне исторической России.

 

Добавить комментарий

В комментариях категорически запрещено:
1. Оскорблять чужое достоинство
2. Сеять и проявлять межнациональную или межрелигиозную рознь
3. Обсуждать личности, личные обстоятельства, интеллектуальный, культурный, образовательный и профессиональный уровень
4. Употреблять ненормативную лексику, проще говоря мат
5. Публиковать объявления рекламного характера в том числе и рекламирующие другой сайт
6. Публиковать комментарии бессодержательного характера, т.н. "флуд"
7. Размещать комментарий содержащий только один или несколько смайлов
За нарушение правил следует удаление комментария или бан (зависит от нарушения)!!!


Защитный код
Обновить

Последние комментарии

Чтобы сообщить об ошибках в тексте на нашем сайте, нужно выделить текст и нажать SHIFT+ENTER

© 2017 Журнал Смоленск. Все права защищены.
Журнал Смоленск — независимое издание.