Журнал Смоленск

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Главная 2013 № 06 (154) Июнь 2013 г. ВЕЛИКАЯ ПОБЕДА

ВЕЛИКАЯ ПОБЕДА

Михаил РАБИНОВИЧ, доцент СмолГУ

На смоленской радиоволне

Михаил Исакович Рабинович является не только известным историком. Популярность среди смолян он завоевал прежде всего как незаурядный рассказчик, великолепный лектор, прочитавший за полвека тысячи лекций в трудовых коллективах региона по линии областной организации общества «Знание». Его называли и называют любимым педагогом тысячи учеников – выпускников СГПИ и образовавшегося на базе этого вуза Смоленского государственного университета.

Михаил РАБИНОВИЧ, доцент СмолГУРедакция журнала «Смоленск» гордится тем, что этот замечательный педагог, являющийся уже около 50 лет журналистом, входил в состав первой редакционной коллегии нашего издания.

А известность как журналист Михаил Исаакович получил в качестве корреспондента Смоленского радио. Долгие годы он вел радиопередачи под рубриками "Журнальный мир" и «Смоленщина на страницах центральных изданий».

Сегодня проводное радио, к сожалению, исчезло из большинства квартир, аудитория слушателей существенно сократилась. А жаль! Те же радиорассказы М.И. Рабиновича об известных земляках интересны всем. Поэтому чтобы несколько расширить аудиторию, редакция журнала «Смоленск» обратилась к автору с просьбой – передавать нам для публикации тексты радиопередач.

И напоследок поздравление автору от редакции по случаю 75-летия со дня рождения, выпадающего на 4 июня. Здоровья Вам, дорогой Михаил Исакович, и новых творческих удач!

Сегодняшний наш разговор посвятим книгам. Книги будут разные, но роднит их одно: они посвящены Смоленщине или написаны смолянами. И еще: празднование Дня Победы является хорошим поводом вспомнить о Великой Отечественной войне.

А вслед за этим предельно кратким вступлением прозвучит печальная тема.

Ушел из жизни замечательный человек, Учитель, Писатель, Философ, один из тех, кто принадлежал к интеллектуальной элите нашего края, Вилен Сальковский.

Лет 20 назад появилось словосочетание «писатель-деревенщик». Некоторые литераторы так себя и называют. С Виленом Сальковским познакомился более полувека назад, но такого «самоназвания» от него никогда не слышал. Хорошо как-то пошутил на юбилее один смоленский литератор. Обращаясь к юбиляру, он сказал: «Ты – писатель-деревенщик, я – писатель-деревенщик. Ты живешь в деревне Поповка, я в деревне Покровка».

Между тем, большая часть сознательной жизни Сальковского прошла именно на селе – здесь, в деревне Копыревщина, что в Ярцевском районе, он много лет трудился в местной школе, здесь старый учитель и ушел из жизни.

На долю Вилена Абрамовича выпала непростая судьба. Родился он в 1933 году в Ленинграде в семье партработника. Отец – убежденный коммунист, неслучайно назвавший сынишку Виленом, что «расшифровывалось» как «Владимир Ильич Ленин», стал, как и тысячи других, жертвой репрессий, мать – инженера-текстильщика, вместе с двумя малолетними детьми отправили в административную ссылку на Смоленщину, где работала она, специалист с высшим образованием, смазчицей, ремонтировщицей ткацких машин, поммастера на Ярцевском хлопчатобумажном комбинате, а после освобождения области от оккупантов – учительницей в Духовщинском районе.

Потом были в жизни Вилена Сальковского школа, техникум, армия, где служил он механиком – водителем танка, историко-филологический факультет Смоленского педагогического института. Еще студентом опубликовал Вилен повесть «Весна пришла». Повесть положительно оценили и читатели, и маститые литераторы. Но главные книги писателя – «Смоленская дорога», «Русская трагедия», «Новые времена и старые корни» были еще впереди. Увы, последняя из них вышла в свет буквально за пару недель до кончины писателя. К этому завершающему труду мы сейчас и обратимся...

Как и всякий большой писатель-современник, не мог Сальковский не обратиться к теме войны. В свое время его роман «Смоленская дорога» опубликовали в ведущем издательстве «Советский писатель» и на VI съезде писателей России был признан одним из лучших, вышедших в предшествовавшие годы.

Но возвращаюсь к последней книге литератора, тем более, что в ней встречаются оценки и заключения, которых не найти в трудах самых известных наших писателей и историков. Итак, цитирую.

«Первым ударил Гитлер. Разгромное для нас начало войны мгновенно превратило ее со стороны СССР из предполагавшейся революционной, победительно-социалистической войны в войну архисправедливую, истинно народную, Великую Отечественную. Ввелось в действие немедля великое из великих свойств России: одолевать иноземное нашествие, сколь бы тяжко это не доставалось»...

А вот мысли писателя о военной истории России в целом: «Факт к размышлению. Не только Великая Отечественная, но почти все войны, которые вела или вынуждена была вести Россия XVIII-XX столетий (за исключением нескольких малых войн и тех, что велись в царствование Елизаветы Петровны и Екатерины Великой) начинались с трагических осложнений для нашей армии (либо даже – страны). Считайте: Северная война 1700-1721 годов, Отечественная война 1812 года, Крымская война 1853-1856 годов, русско-турецкая 1877-1878 годов, русско-японская 1904-1905 годов, Первая мировая 1914-1918 годов, советско-финский военный конфликт 1939-1940 годов, Великая Отечественная 1941-1945 годов, прибавим афганскую и чеченскую «заварухи», столь мучительно давшиеся нам».

И еще один цитата. Но уже из послесловия к книге Вилена Сальковского «Новые времена и старые корни», написанного Владимиром Лисовским: «Книги Сальковского честны, умны, народны, добротворны. Таков же и он сам... Не будет ничего удивительного, если в будущей России его произведения обретут всероссийскую известность. Они стоят того».

х х х

Последняя книга писателя Сальковского была подписана в печать в издательстве «Маджента» совсем недавно – в предпоследний день минувшего года. Книга молодого, но уже известного на Смоленщине автора Дениса Никитаса, была издана в Смоленске тремя годами раньше. Называется она «Говорят стены: из истории зданий Смоленской государственной сельскохозяйственной академии». Продолжая тему Великой Отечественной войны, хочу обратиться к двум главам этой книги. Но вначале – небольшое отступление.

С молодых лет, особенно после встречи с участниками войны, твердо усвоил: у войны, как у медали, две стороны – героическая и трагическая. Памяти и внимания заслуживают в равной степени и та, и другая. Потому и обратился я к соответствующим разделам книжки Никитаса, имея ввиду, что отразили они на примере Смоленска и героизм, и трагедию.

Главе «Красный флаг – предвестник свободы» предпосланы пронзительные строчки из стихотворения А.Т.Твардовского, написанные в период войны:

Сторона моя милая,

Ты ль в такую весну

Под неволей постылою

Присмиреешь в плену?

А далее следует текст, который Денис Никитас счел необходимым сопроводить таким пояснением: «Глава печатается в авторском варианте Алексея Михайловича Ковчана и от его имени». А Ковчан описывает то, что наблюдал и пережил в оккупации. Вот вкратце содержание главы.

23 февраля 1942 года у разрушенного Дома Красной Армии (теперь это главный учебный корпус Смоленской сельхозакадемии) сновали оккупанты. Было видно, что что-то их здорово расстроило и разозлило.

Оказалось, ночью кто-то водрузил над центральным входом красный флаг, а стена здания по всему периметру оклеена листовками с призывом «Бейте фашистов, спасайте Россию!».

История же отпечатанных типографским способом листовок была такова. С начала войны с немецких самолетов сбрасывались листовки, среди которых была и такая: «Бей жидов, спасай Россию!». Патриоты-подпольщики собрали их и заменили слово «жидов» на слово «фашистов». Получился призыв бить фашистских оккупантов.

Возле здания стали собираться горожане. Возня немцев, снимавших флаг и срывавших листовки, явно доставляла людям удовольствие, впервые за восемь месяцев оккупации на многих лицах засветились улыбки.

Все это очень не понравилось гитлеровцам. Смолян окружили и куда-то повели. Оказалось, к вокзалу. Здесь всем приказали взять лопаты и приступить к очистке от снега железнодорожных путей. На эту работу, рассказал Алексей Михайлович Ковчан, пригнали также наших военнопленных и колонну евреев из гетто – полуодетых, разутых, отмороженных, голодных, похожих на призраков...

Двое суток без сна и отдыха работали люди на очистке снега. Потом, когда снег перестал идти и затих ветер, всех, за исключением военнопленных и обитателей гетто, отпустили. Но перед этим офицер СС произнес короткую речь, содержавшую приказ: «Если опять пойдет снег, все должны вернуться и снова приступить к работе. В случае неявки виновные будут арестованы и направлены на каторжные работы в Германию».

Голодные и обмороженные, люди медленно удалялись от станции. Было тихо вокруг, пока со стороны виадука не раздался крик «Бог покарает вас, фашистов, палачей!». Крик оборвала автоматная очередь. Описанное происходило в феврале 1942 года. А несколькими месяцами раньше, в октябре-ноябре 1941-го, недалеко отсюда фашисты совершили еще более жуткие преступления, описанные автором книги «Говорят стены»... в главе «Фашистские побоища». Об этих кровавых событиях упоминалось в разное время и в разных публикациях. Но знать и напоминать о злодеяниях фашистов, особенно молодым, нужно без ограничения срока давности...

12 ноября 1941 года. Немцы гонят колонну военнопленных от самого Рославля. В начале этого марша смерти в колонне было 5 тысяч человек, к Смоленску подходило не более 3 тысяч. Остальных конвоиры расстреляли в пути. Пленных гнали через Смоленск до совхоза «Пасово», где был создан большой лагерь военнопленных. При входе в город произошла смена конвоиров из 335-го охранного батальона СС. Гитлеровцы прикладами и палками подтягивали колонну. Люди падали в грязь. А дальше произошло следующее.

На Рославльском шоссе, у поворота на хлебозавод №2, в толпе женщин стояла группа военнослужащих-голландцев, обслуживавших автомобильную часть. Когда на их глазах гитлеровец застрелил молодого красноармейца, голландцы не выдержали и набросились на конвоиров. Началась драка. Колонна бросилась врассыпную. Пленные забегали во дворы, прятались в оврагах, в развалинах домов.

Улицы Смоленска огласились автоматными и пулеметными очередями. Начались облавы. На поиск беглецов были брошены команды СС, фельджандармерия, камендантские роты. Обнаруженных расстреливали на месте. На улицах города валялись сотни трупов, а среди них – обреченные на гибель раненые. На следующий день убитых стали свозить и сбрасывать в ямы у крепостной стены и во дворе Дома Красной Армии. Эсэсовец Эрих Мюллер показал на суде, состоявшемся после освобождения города: «Командир 335-го батальона подполковник фон Шерштедт говорил, что русских щадить не нужно, нужно, чтобы советские пленные чувствовали на себе мощь германского оружия. Мы добросовестно выполняли эти указания и ежедневно докладывали коменданту о количестве убитых нами русских. Между солдатами возникло как бы соревнование: кто больше убьет русских. Мною лично было убито 160 человек русских».

Той же осенью, в октябре, произошел еще один кровавый эпизод. В колонну пленных красноармейцев, пересекавших площадь Смирнова, с ходу врезалась легковая машина с пьяными эсэсовцами, выскочившими на площадь со стороны кинотеатра «Смена». Мотор заглох, машина вздыбилась над горой окровавленных тел. Пленные набросились на гитлеровцев и стали душить их. Конвоиры открыли огонь. Пленные стали разбегаться. Едва ли кто-то из них уцелел. Жертвы этой расправы, как и многие жертвы ноябрьского побоища 41-го года, похоронены были во дворе бывшего Дома Красной Армии. Наказания за такие чудовищные преступления и придумать, видимо, невозможно. И все же кое-кого из злодеев возмездие постигло. По приговору военного трибунала некоторые из убийц публично повешены на Базарной (Колхозной) площади Смоленска...

Ну а мы, современники, не пощадим лишний раз свои нервы и, проходя по теперешней площади Победы, по улицам Большая Советская, Ленина, Жукова, Твардовского, Герцена, Козлова, Пржевальского, заглядывая иногда во дворы, вспомним: все здесь было залито кровью, повсюду лежали тела убиенных соотечественников, здесь умирали от ран молодые ребята, только вступившие в жизнь...

х х х

Михаил Алексеевич Клушкин, с которым мы знакомы уже полвека, - человек в Смоленске и за его пределами известный. Он – автор нескольких книг, множества статей, постоянный участник передач «Радио России» и ГТРК «Санкт-Петербург». Трудно найти среди ныне здравствующих земляков кого-либо, о ком Центральное радио упоминало бы чаще, чем о Михаиле Алексеевиче. А между тем, этому творческому человеку, четырежды удостаивавшемуся звания победителя на Всероссийских конкурсах знатоков русского языка и истории, 83 года, и он инвалид 1-й группы по тяжелому ранению, полученному в качестве командира танковой роты в августе 1961 года в Берлине. Но ни возраст, ни недуги не гасят творческие порывы этого человека. Еще одно подтверждение тому – выход в свет некоторое время назад его книги «Герои Великой Победы».

С некоторыми из тех, о ком в своей книге расказывает Михаил Алексеевич, он был знаком лично. Это его тезка и земляк руднянец Михаил Алексеевич Егоров, другой земляк и тоже Герой Советского Союза Василий Самуилович Щербаков, бывший наставник автора книги по Смоленскому пединституту Иван Васильевич Корольков...

Нет возможности и необходимости говорить о всех героях книги. Из славной когорты выберу одного – человека великих заслуг и сложной судьбы. Это начальник Смоленского гарнизона в 1941 году Петр Федорович Малышев. Как и другие военачальники, он за время Великой Отечественной войны сменил несколько должностей: был командиром стрелковой дивизии, заместителем командующего 16-й армией, командиром стрелкового корпуса, а с 1943 года - командовал 4-й ударной армией. А это, напомню, та самая армия, которая 600 дней сражалась с врагом, когда линия фронта проходила через Велиж. Войска под командованием Малышева (генерал-майора, затем генерал–лейтенанта) участвовали в освобождении Смоленской, Калужской, Брянской, Орловской областей, участвовали в освобождении городов и деревень Белоруссии и Прибалтики, сражались за пределами границ Советского Союза. В книге воспоминаний маршала Еременко семь раз упоминается имя командарма Малышева, звучала фамилия генерала и в приказах Верховного Главнокомандующего в связи с освобождением Красной Армией различных населенных пунктов. О стратегических способностях и личном мужестве генерала Малышева можно судить и по наградам, перечень которых приводит в очерке о нем Михаил Алексеевич Клушкин. Это два ордена Суворова, орден Кутузова, два ордена Красного Знамени, орден Ленина и многие другие награды.

И все же за главный свой подвиг Петр Федорович Малышев, как представляется, не был удостоен даже медали. Мало того, М.А. Клушкин в романе «Герои Великой Победы» воспроизводит такой отрывок из военных мемуаров Маршала Баграмяна "Так шли мы к победе". Цитирую: «Малышев испытал отчаяние окружений и горечь отступления, не раз находился на волосок от гибели и, даже будучи комендантом Смоленска, едва не был по недоразумению расстрелян своими же после падения города. Но, к счастью, удалось избежать этой роковой ошибки».

А здесь, думаю, не обидится на меня Михаил Алексеевич Клушкин, автор книги о героях войны, за небольшое добавление к очерку о Петре Федоровиче Малышеве...

Во все времена и в разные войны одним из самых ответственных и рискованных для военачальников было решение об уничтожении мостов через водные преграды. Необходимость в этом возникала при наступлении противника. Если считалось, что приказ отдавался преждевременно, это означало: многие воины остающиеся на занимаемом врагом берегу, обрекаются на смерть или плен. Если же приказ запаздывал, это давало возможность неприятелю прорваться на другой берег.

Полковник Малышев, комендант гарнизона Смоленска, отдал соответствующий приказ 15 июля 1941 года, когда немецкие части уже входили в город. А тогда кто-то в высших инстанциях решил, что он допустил неоправданное самоуправство.

Полковника арестовывают и отдают под суд военного трибунала. А время было суровое: после начала войны не прошло и месяца, дивизии вермахта проходили иногда в день десятки километров. Красная Армия отступала, так что список потерь вполне мог пополниться еще одним человеком.

Рассказывали, что решающую роль в оправдании коменданта города сыграло такое обстоятельство. Выслушав на суде обвинения в свой адрес, полковник полез в карман кителя, достал листок бумаги и показал судьям. А там содержался адресованный ему и подписанный тремя генералами приказ: в случае вступления войск неприятеля в город, мосты через Днепр взорвать. Приказ комендант Смоленского гарнизона выполнил.

Теперь попробуем представить себе, что произошло бы, если бы гитлеровцы с ходу прорвались через мосты в правобережную часть города. В таком случае вряд ли удалось бы на две недели задержать их в Заднепровье. А значит, перед вермахтом маячила бы возможность вырваться на оперативный простор и продолжить движение на Москву. Две недели задержки гитлеровцев в правобережье Днепра были жизненно необходимы для переброски войск по обе стороны от Минского шоссе и сосредоточения резервов на подступах к Москве.

Какой ход приняли бы события в противном случае, можно только догадываться. Так что, может быть, придет время, когда к памятникам героев войны в Смоленске добавится и памятник одному из спасителей Отечества – Петру Федоровичу Малышеву.

х х х

Я уже как-то проводил подкрепленный фактами и цифрами вывод военного историка генерал-майора Круглова. Повторю его еще раз. «Нет в России земли более обильно политой солдатской кровью, чем земля Смоленщины». Это кровь пехотинцев, артиллеристов, танкистов, летчиков, связистов, саперов, медиков, бойцов других воинских профессий. В этом потоке – кровь писателей, поэтов, драматургов, вступивших в войну в общий строй.

В книге, которую я держу в руках, более семисот страниц. О содержании ее говорит название: «Строка, оборванная пулей». Да, эта книга о тех литераторах, которые не вернулись с войны. А из тысячи ушедших на фронт не вернулся каждый третий. Многие сложили головы на Смоленской земле. Вот один из них – поэт Росин, уроженец поселка Шумячи.

О нем известный советский поэт Алексей Сурков писал после войны: «Я читаю стихи Росина, московского ополченца, погибшего в вяземско-смоленском «котле», и вижу его, живого, тихого, талантливого лирика. Это был человек чистой, младенчески бескорыстной души и большого, светлого поэтического дара»...

Вот стихотворение поэта Росина, написанное в предчувствии надвигающейся войны:

201306_2201Я себе вопрос серьезный

задаю не в первый раз:

Если час настанет грозный,

Как ты встретишь этот час?

Не колеблясь, не тоскуя,

Можешь ты отдать в бою

За страну свою родную

Жизнь и молодость свою?

Я спрошу и вновь отвечу

Стуком сердца своего,

Что врагу пойду навстречу,

Не жалея ничего.

Что любимую покину,

Не позволю провожать,

Что меня родному сыну

Не удастся удержать.

Не смутят ни мрак холодный,

Ни внезапный блеск штыка.

Облегчит мой шаг походный

Эта жесткая строка.

 

Добавить комментарий

В комментариях категорически запрещено:
1. Оскорблять чужое достоинство
2. Сеять и проявлять межнациональную или межрелигиозную рознь
3. Обсуждать личности, личные обстоятельства, интеллектуальный, культурный, образовательный и профессиональный уровень
4. Употреблять ненормативную лексику, проще говоря мат
5. Публиковать объявления рекламного характера в том числе и рекламирующие другой сайт
6. Публиковать комментарии бессодержательного характера, т.н. "флуд"
7. Размещать комментарий содержащий только один или несколько смайлов
За нарушение правил следует удаление комментария или бан (зависит от нарушения)!!!


Защитный код
Обновить

Последние комментарии

Чтобы сообщить об ошибках в тексте на нашем сайте, нужно выделить текст и нажать SHIFT+ENTER

© 2017 Журнал Смоленск. Все права защищены.
Журнал Смоленск — независимое издание.