Журнал Смоленск

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Главная 2013 № 01 (149) ЯНВАРЬ 2013 г. Василисино закулисье

Василисино закулисье

Смоленск музыкальный

Необычным концертом «Василисино закулисье», в котором приняли участие солисты и ансамбли филармонии, отметила  30 лет своей жизни в филармонии ее главный администратор Василиса Федоровна Моисеева.

- Василиса, расскажите, как Вы выбрали путь администратора? Что Вас, выпускницу литфака, учителя по диплому, поэта, привело в филармонию?

- Считаю, что очень многое идет из семьи, закладывается с детства. Испокон веков первые три года считались самым важным периодом в развитии человека: что ребенок впитает с материнским молоком, что в него будет заложено в это время, то и будет в будущем определять индивидуальность его личности и обязательно проявится. Самая главная песня в мире, сильнейший оберег, основанный на магическом союзе энергии любви, слов и мелодии – это песня матери. Мне повезло. Сколько себя помню, в доме всегда звучали песни. Мама играла на семиструнной гитаре и очень красиво пела. Ее любимые «По диким степям…» и «Только у любимой …» звучали в доме почти каждый день. Отец что-то играл на гармошке и тоже пел, ну, например, про рушники. Оба любили Людмилу Зыкину. Когда шел какой-нибудь концерт, радио всегда включалось на полную катушку. Сейчас понимаю, что процесс пения окрашивает жизнь светлой радостью, вызывает положительные эмоции. Звучит в доме мамина песня - значит все хорошо. Как говорится: «Нам песня строить и жить помогает».

Смоленская бабушка знала не просто много русских народных песен, а целое море песен начала прошлого века. А у  бабушки с Полесья, когда съезжались ее дочки с семьями, всегда  в доме звучало пение не только на белорусском, но и на украинском языке. Брат мой быстро освоил шестиструнную гитару и пел песни Высоцкого. Сама я тоже пела, читала стихи и постоянно что-то организовывала. В институте, где работал отец, просто «на отлично» работал профком, постоянно к каждому празднику организовывая какие-то утренники и всегда поощряя детские выступления. Вот уж для нас с братом было раздолье: учили песни разные по тематике и без призов никогда не приходили. Как сейчас помню, нелегко давалась красивая песня «Там, вдали за рекой»: слезы застилали глаза на последнем куплете.

Первый профессиональный коллектив, на который меня отвел отец, я помню до сих пор. Это был ансамбль песни и пляски Совет­ской Армии имени А.В. Александрова. С того времени очень люблю подобные концерты.

Когда анализируешь, то начинаешь понимать, что ничего на земле не бывает случайным, даже судьбы людей интересно переплетаются. Когда мы с братом еще учились в школе, то познакомились с бывшей артисткой филармонии Лидией Афанасьевной Затолочиной (сценическое имя - Лилиана Константинова), которая вела вокальную студию. Первым заниматься пришел брат, который  восторженно рассказал, что в Доме учителя есть уникальный педагог, который учит петь всех, независимо от способностей и возраста. Было бы желание. Вскоре состоялось и мое знакомство с этой артисткой. Оно было необычным. Я шла по улице Дзержин­ского (мы жили в центре), а  навстречу мне к танцзалу «Молодость» среди множества людей шла женщина. Мы посмотрели друг на друга, каждая двинулась своей дорогой, а потом обе остановились, оглянулись, вернулись назад и заговорили. Так я попала в студию, где впервые познакомилась с тайнами певческого мастерства и на всю жизнь полюбила старинные романсы и народные песни. Единственный в Смоленске Педагог, из каждой песни делавший конфетку - маленький спектакль. Ее учениками в свое время были и Владимир Бобрицкий, ставший победителем программы «Шире круг», и Алла Горская, и Борис Кутузов, и Антонина с Геннадием Гаценко, и многие другие. Как-то однажды потом она очень сетовала, что если бы Анатолий Смирнов обратился к ней лет на 5 раньше, когда она была моложе, то она бы сделала из него оперную звезду. Это было тогда, когда я еще не знала, что судьба меня сведет с этими людьми еще раз, но в других ролях.

Учась в институте, я была и участником самодеятельности, и организатором, и сценаристом литературно-музыкальных вечеров. В летнюю сессию с подружками после экзамена ходили в театр на балет или оперу. Билеты брали в партер, а артистам по возможно­сти покупали цветы. На стипендию купила магнитофон, который постоянно таскала с собой: то в Белоруссию, то по смоленским деревням, записывая фольклор. Во время учебы мы с однокурсницей как-то «приделались» к артистам филармонии (у них было 2 места) и съездили на Глинковский фестиваль в Новоспасское. Нас даже там накормили в Ельне. Потом, позже, по распределению я работала в школе Кардымовского района, который объездила в составе агитбригады п. Шокино. Как-то и в то время тоже удалось выпросить автобус в сельсовете и посетить концерт еще одного фестиваля. Получается, что еще до работы в филармонии, к ней была проложена тропинка.

 - А как же Вы попали в филармонию? Какими были первые шаги?

- Как-то на автобусной остановке я познакомилась с Верой Георгиевной Вишневской - большой любительницей классической музыки. Она сначала меня пригласила на концерт, а потом и соблазнила пойти работать в филармонию, которая тогда находились на улице Соболева, 1, в здании, где сейчас располагается православная гимназия. Честно говоря,  после всяких школьных педсоветов, собраний, политинформаций привлек свободный график работы, возможность заработать (потолок =200руб.) и общаться со звездами. Немного пыл охладил бывший тогда директором Хацкевич И.И., почему-то предложивший мне пойти к нему секретарем или певицей в ансамбль, но никак не организатором. О! если бы только тогда я знала, что меня ждет, то … конечно же, его послушала бы, а тогда решение было принято и …в филармонии появился, как сказал директор, первый с высшим образованием нештатный уполномоченный по организации концертов (должность такая сомнительная: за штатом в штате). В то время существовал госконцерт,  и скрипачи, пианисты, чтецы и прочие ехали к нам на 6-8 концертов каждый. И не так просто, как кажется, было сделать им даже один концерт, а сейчас – и подавно. Наставником была Вера Георгиевна. Как сейчас помню, заходит в комнату зам. директора Иван Павлович Леонов и так грозно говорит: «Не учи ее тому, чему не надо учить. Дай ей вот этот коллектив. Отправь в Ельню и Вязьму. Утонет, так утонет, а выплывет, так поплывет».Таким образом, первый коллектив, которому я организовывала гастроли, оказался сборным: на так называемом разогреве были какие-то артисты, а потом пел Петр Деметр. Пел очень хорошо. И был у них очень опытный руководитель коллектива. В Вязьме я должна была артистов после концерта посадить на поезд, но, воспользовавшись моей неопытностью, этот администратор уговорил водителя заказного автобуса отвезти их в Москву за деньги, вырученные от сдачи билетов на поезд. Так за сутки я побыла и в Вязьме, и в Москве, а водитель еще и на Брянск пошел.  Для меня это был первый урок - поняла, что администратор – это главное лицо в концертной деятельности.Потом в моей жизни был еще первый фестиваль, после работы с которым почти всю зарплату пришлось внести как недостающую после продажи билетов выручку. Поняла, что в организацию надо приходить с уже разложенными и подсчитанными билетами. Все приходит с опытом.

- Идея концерта «Василисино закулисье» откуда? Почему такое интригующее название? Раньше Вы вечера называли проще: «Зимний вечер», «Русская душа»…

- Название, правильно подметили, вызывает интерес. Мне нравится созвучностью слов.  Обычно концерт ведет ведущий, который после вступительного слова просто объявляет номера. Но я - администратор, вижу другую жизнь, закулисную, и мне хотелось немного по-другому преподнести своих артистов, через призму своего видения рассказать то, чего не знают другие, ведь 30 лет – это история. Хотелось, чтобы это был настоящий концерт, в котором были представлены разные жанры. Рискнула и собрала всех, с кем когда-то и теперь работаю: артистов, зрителей, представителей СМИ. Украсила холлы сохранившимися афишами, купила всем артистам цветы. Сценарий пришлось менять в день концерта из-за болезни некоторых артистов и коллективов. А так, мысль этого концерта была раньше, на 25-летие, но тогда не получилось, сама заболела. 

- А что же интересного может рассказать главный администратор о своих артистах?

- Ну, например, однажды мне пришлось организовывать концерт для западных иностранцев, абсолютно не знающих русского языка. Первая мысль, конечно, включить в концерт исполнение «Катюши» и «Калинки». Это визитная карточка России. А что же еще? Солистов было 5. Пошла обговаривать программу с каждым. Объясняю одной из прим ситуацию и спрашиваю: «Что вы будете петь?»  Она мне в ответ: «Письмо Татьяны». Пытаюсь возразить, что оно больше 10 минут, а они языка не знают. «Может, «Аве Марию» споете?» Меня посылают к другой артистке. Прошу другую приму. Та отвечает: «Нет. Это я пела с трубой и виолончелью. Иди к Нециной». Подхожу к Ирине Григорьевне и уже осторожно так спрашиваю: «Вы не могли бы исполнить «Аве Марию?» А она мне в ответ: «Какую? У меня их 16.» Немая сцена. Потом так хитро выпытываю, какие зрителю больше нравятся. Она начинает перечислять и, услышав знакомую фамилию, я ее останавливаю: «Давайте, вот, эту.» И заслуженная артистка России Ирина Нецина (сопрано) в сопровождении своего неизменного концертмейстера Ирины Гончаровой поет для гостей две «Аве Марии»: одну на русском, другую – на итальянском.

А еще у нас есть не просто уникальный вокалист, а свой смоленский Паваротти. И является им, на мой взгляд,  лауреат Международного конкурса и Всероссийского фестиваля «Тенора России» Анатолий Смирнов. Как-то однажды народный артист России, профессор Владислав Пьявко привез в Смоленск лауреатов конкурса имени Глинки. Среди них были первые места среди теноров. Каждый спел в концерте свои произведения, а потом они втроем запели романс. И вот тут стало ясно, что даже эти три вместе соединенные голоса  не могут конкурировать нашему тенору по красоте и насыщенности тембра.

Жизнь артиста – это творческий поиск. И складывается она порой очень необычно. Когда-то в ансамбль «Феникс» пришел молодой гитарист. Поработал  в нем какое-то время и перешел  вокалистом в фольклорный ансамбль, но  народное пение  оказалось лишь первой ступенькой его певческой карьеры.  Оперная студия, вокальное отделение института культуры, и сейчас Виталий Косарев (тенор) - лауреат Международного конкурса. 

Увы! Ничего не поделаешь, но тенора – моя слабость. Есть еще один молодой исполнитель Александр Ильющенков, который не так давно на профессиональной сцене, но тоже уже успел покорить сердца не только пением, но и своей очаровательной улыбкой.  

Мне очень нравится самая молодая солистка филармонии - дипломант Международного конкурса « Музыкальный мир» Любовь Кашкова (сопрано), которая несмотря на небольшой сценический стаж, имеет большой репертуар и постоянно работает над повышением своего творческого мастерства. По трудолюбию чем-то напоминает Нецину И.Г., и думаю, что она далеко пойдет. Хочется также отметить, что и Анатолий, и Виталий, и Любовь – ученики Нециной И.Г.

Неоднократно становилась лауреатом Всероссийских конкурсов молодых музыкантов-исполнителей в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Твери и Москве наша красавица Людмила Каминская (сопрано). Она равно поет и музыку барокко, и оперные арии, песни современных авторов и зарубежную классику, русские народные песни и романсы.

А вот еще интересный момент филармонической биографии. 4 артистки камерного оркестра: 1 скрипка  - Лариса Третяк, 2 скрипка – Юлия Гуляева, альт – Галина Лущенкова и контрабас – Янина Винькова как-то однажды объединились и создали ансамбль популярной классической музыки «Классик-Лайт». На протяжении десятка лет это любимый коллектив нашей епархии, ансамбль, который не раз представлял Смоленскую губернию в Москве в различных посольствах  и который всегда заказывают для встречи vip-персон. Инструментовки для коллектива делает Галина Лущенкова.

Один из  представителей оркестра народных инструментов имени В. П. Дубровского заслуженный артист России Александр Баудер часто сопровождает выступление наших вокалистов. Иногда захожу в зал и слышу, как зрители гадают, на каком инструменте он так виртуозно играет. На домре, дорогие. В средневековой Руси она была основным инструментом народных музыкантов и актеров-скоморохов, которые ходили по сёлам и городам и устраивали весёлые представления, часто позволяя себе небезобидные шутки над боярами и церковью. Это вызывало гнев как светских, так и церковных властей, и в XVII веке их начали ссылать или казнить. Так же казнили и домру. Она исчезла. Лишь в конце 19 века руководитель первого оркестра народных инструментов, музыкант-исследователь Василий Андреев  проделал труднейшую кропотливую работу по восстановлению и усовершенствованию русских народных инструментов и был одним из разработчиков конструкции этого инструмента.

Смоленский семейный ансамбль «Шатрица» был создан в 1990 году семьёй Гаценко, именно той, которая занималась в студии Затолочиной Л. А. Было время, когда коллектив работал в составе филармонии и однажды очень выручил меня. В «Западных сетях» должен был быть концерт 7 марта, а за 3 часа до него мне звонит солистка и сообщает, что их вызывает на репетицию в театр калининградский режиссер. Все в этот день было расписано. Звоню Антону. Он говорит, что как бы готов через 2 часа быть с Лялей и …маленькой Тоней, но фонограмму некому ставить. Пришлось сидеть за аппаратурой. Сейчас у них появился новый артист – юный скрипач Богдан. Очень люблю Лялино пение. Особенно «Невечернюю».

«Как цыгане поют -

           передать невозможно.

Да и есть ли на свете

           такие слова?!

То с надрывной тоскою,

           темно и тревожно.

То с весельем таким,

           что хоть с плеч голова!»

Весь декабрь моего первого трудового года я работала с единственной на Смоленщине народной артисткой СССР Валентиной Пальвинской, как оказалось, моей землячкой с Гомельщины. У нее было два баяниста Саша и Миша. Работали по 4 концерта в день. Прошло время, Александр Андреев от нас уволился, создал свой коллектив – ансамбль «Фантазию», а солировала в нем молодая певица. Через какое-то время коллектив развалился, но все равно их пути сегодня сошлись здесь, в филармонии.

- А есть артисты, коллективы, с которыми Вас связывает цифра 30?

Конечно. Прежде всего это обладатель очень красивого голоса - баритонального баса Иван Коротков, заслуженный артист России – уроженец Смоленской области, создатель ансамбля  «Эстрадин», затем группы «Барьер», которая впоследствии стала ансамблем «Смоляне». Он тоже пришел в Смоленскую филармонию в 1982г.

В 1982 г. в филармонии были еще 2 коллектива. Сейчас это ансамбль популярной народной музыки «Феникс». Его солистка - лауреат Международных конкурсов, заслуженная артистка России Людмила Янтарева. И фольклорный ансамбль. Позже он стал называться «Таусень». В репертуаре коллектива праздники народного календаря.

Еще 30 лет я работаю вместе с Полиной Чуйко, которая по одному из дипломов певица, начинавшая свою трудовую деятельность в Самарском театре оперы и балета. Но опять-таки вмешалась судьба и распорядилась таким образом, что она стала многожанровой артисткой. Дети ее знают как сказочницу. Всем смолянам она хорошо знакома, т.к. на протяжении многих лет ведет концерты в концертном зале, но есть еще одно направление – вентрология, в котором работает только она одна. 

А вот с настоящим артистом-конферансье Олегом Ермаковым меня связывают 25 лет. Он пришел работать в филармонию, когда был еще Советский Союз, одно государство, а теперь так получилось, что он – гражданин другой страны, хотя и продолжает трудиться здесь. Лет 10 назад создал свой цирковой коллектив. Однажды я возьми да и предложи ему: «Олег Петрович! Ну, одень ты свой цирк в сказку, в какой-нибудь сюжет». Так у шоу-театра «Улыбка» появились музыкальные спектакли для детей: «Приключения на фабрике звезд», «Привет из Простоквашино», «Карлсон вернулся» и другие, где наряду с артистами выступают собачки, питон и ростовые куклы.

У нас есть и сравнительно молодые коллективы. Это группа «Кристалл», которая долго не могла придумать себе название. Спасибо, помог  «Кристалл», подаривший комплект аппаратуры. Солисткой в нем была неотразимая Светлана Сидяченко. Теперь коллектив сугубо мужской.

Как-то к нам присоединили военных – ансамбль железнодорожных войск. Сегодня это ансамбль песни и танца «Витязь»под руководством  Рудольфа Шнайдера. В репертуаре есть все. Военные – народ очень организованный, за что и люблю.

Чуть не забыла. Ансамбль «Золотое кольцо» на работу принимала я. «Выпишите трудовые книжки тем, у кого их нет,» - сказал, будучи директором в то время Михненков В.М. Норма, как и у всех коллективов, была15 концертов в квартал, но нам приходилось делать ее за неделю, т. к коллектив приезжал из Москвы.  Поэтому почти все заводы могут сейчас гордо сказать: « Да, когда-то на заре своей творческой деятельности у нас Надежда Кадышева пела чуть ли не в цеху».

- А со звездами вам довелось работать? С кем?

- Да почти со всеми. Сестры Ротару и сестры Лисициан, Валерий Леонтьев, Борис Моисеев, Таня Буланова, Михаил Боярский, Юрий Лоза, трио «Реликт», «Мираж», «Ласковый май», разные ВИА, народные хоры, ансамбли танца, все известные дирижеры, скрипачи, пианисты… ДКЖ,  Дворец профсоюзов, Дом офицеров, театр, стадион на две трибуны.  Билеты носить приходилось в большой хозяйственной сумке. Легче перечислить, с кем не работала. Это Алла Борисовна. Ну, вот, не получилось...

- Какие-то очень яркие воспоминания наверняка у вас есть от встречи с ними? Поделитесь.

- Конечно, есть. Над стадионом было мрачно, пока Валерий Леонтьев не вышел и не запел. Тут же сквозь тучи прорвалось солнце, и народ убрал зонтики.  Женщина, пожелавшая вручить певцу цветы, бежала вслед за ним по дорожке несколько метров под мелодию «Все бегут, бегут…». Примечательно и то, что этот артист действительно не стоял, а работал на две(!) трибуны, на 12 000 зрителей, ибо сидя на одной из трибун, было хорошо видно по движущейся вслед за ним толпе, как он поднялся до верхних рядов и спустился вниз. Всем желающим дал автографы. Цветы из гримерки еле унесли.

Единственный в моей практике случай, когда были выделены хорошие средства на рекламу, – это концерта Дмитрия Хворостовского.  «Оттянулась» по полной катушке: сделала и баннеры, и сити-щиты, и ТВ, и радио, и газеты – все  работало на концерт, на который билеты не продавались... После  пресс-конференции, которую организовала для него в кинозале гостиницы «Россия», все вышли на улицу. Фотографы направили на певца объективы, и в этот момент один из наших композиторов положил артисту руку на правое плечо, мол, снимайте. Д.Хворостов­ский, как бы отряхивая пыль, сбросил эту руку и сказал: « Что вы со мной так запанибратски? Я даже не знаю, как вас и зовут-то».

Игорь Слуцкий (шансон) прибыл на припоздавшем поезде и сказал, что с грязной головой на сцену не выйдет. Еле нашли ведро, нагрели ему воды в чайниках, а пока сушился, пришлось с полчаса утихомиривать зал в 360 человек.

В гримерке Александра Розенбаума почему-то не работал замок, и пришлось ее караулить, пока шла настройка аппаратуры на сцене и искали слесаря. В таком тупом ожидании я призадумалась и не заметила, как из-за кулис выскочил Розенбаум с криком: «Где мои шакалы?» В коридоре находилась я одна.

С ВИА «Пламя» договорились о концерте по телефону. Администратор потребовал купить и выслать им с проводником билеты по маршруту «Москва-Смоленск» и «Смоленск-Москва». Билеты выкупила, а директор, тогда была Елисеенкова В.И., сказала отправить только на поездку - из Москвы. Перезвонила, сообщила вагон. В ответ услышала, что мы нарушили условия, и никакие билеты никто забирать не будет. Короче, мне повезло, что поезд был Российской железной дороги, и эти билеты на следующий день удалось продублировать. Так что не думайте, что с артистами работать просто. Надо быть слугой всех господ.

- Говорят, что сапожник без сапог… Какие концерты произвели впечатление на Вас?

- Вы правы, чтобы мне понравиться и запомниться, надо быть уж, совсем супер. И все же. Дагестанский ансамбль танца «Лезгинка». Это нельзя передать словами. Это надо видеть. И первый приезд в Смоленск группы Бориса Моисеева. Это тоже было такое выстроенное шоу, что весь концерт просидела, открыв рот.

- Вы работали под руководством 4 директоров. С  каким из них лучше или легче всего работалось?

- У меня их было больше. Работала недолго, но очень хочется сказать. Никогда не забуду Юрия Маримова, приехавшего из Москвы, чтобы создать здесь филиал фирмы. Дал объявление в газете и из всего потока приходивших к нему людей выбрал троих: Марину, Татьяну и меня. Чем руководствовался в своем выборе, не знаю, но все мы, как потом выяснилось, оказались рожденными под знаком Овна и на пустом месте, с нуля, фирму запустили.

Лучше всего мне работалось с гастрольными директорами Псковского драматического театра и Ростовского театра музкомедии !  Именно первый по-настоящему научил работать, тоже выбрав из толпы нас двоих, работников филармонии. Мы с Раисой подписали договоры, получили билеты,  и… на следующий день каждая из нас услышала вопрос: «Куда и к какому часу вам подать машину?» Мы были просто в шоке!  Да потому, что такого отношения к простым уполномоченным не ожидали, и такого у нас больше никог-да и не было. Попросили одну машину на двоих: до обеда она, после обеда – я. Следующий вопрос был, что не получается, где не берут, устройте нам встречу и т.д. Короче, за месяц мы вдвоем выполнили план драматическому (!) театру.

У Ростовского театра я работала кассиром. Держу билеты на 35 спектаклей, и вдруг заболел ребенок. «Все, - говорю - работа закончена. Принимайте билеты». Директор, его звали Александр, куда-то уезжает, а вернувшись через полчаса, протягивает мне флакон с лекарством и говорит: «Нет. Вот вам лекарство. Вот вам машина. Лечите ребенка. Через три дня за вами приедут». Как сказал, так и вышло. Через три дня приступила к работе, и машина была тоже в моем распоряжении: возила маму, присматривающую за сыном. Ростовский театр работал в тот сезон так, что уполномоченные филармонии плакали: им некуда было деться с концертами – всю область заполонила музкомедия, да так, что даже второстепенные артисты были на главных ролях, а на главную сцену драмтеатра для массовки приходилось набирать смолян. А самое главное - потом узнаю, что директор Псковского театра раньше работал в этом Ростовском и Александр – его ученик, т.е. одна школа. Представляете? Такое необычное переплетение.

В самой филармонии, сложно сказать, наверное, все же с Валентиной Ивановной, пока у нее не появились замы. Было много интересной работы и ощущение значимости.

У нее, кстати, тоже нынче 30 лет - работы в культуре, из них 29 - в филармонии.

- Вы довольны проведенным вечером? Продолжение будет?

- По высказываниям зрителей, на концерте царила атмосфера праздника, доброты и радости. Значит, вечер удался. Еще раз спасибо и низкий поклон всем участникам: артистам и зрителям! Можно и продолжить «Василисины посиделки», так назвала этот концерт одна из моих коллег. Идей много.

 

Фото Дмитрия Прудникова и Натальи Васильковой.

 

Добавить комментарий

В комментариях категорически запрещено:
1. Оскорблять чужое достоинство
2. Сеять и проявлять межнациональную или межрелигиозную рознь
3. Обсуждать личности, личные обстоятельства, интеллектуальный, культурный, образовательный и профессиональный уровень
4. Употреблять ненормативную лексику, проще говоря мат
5. Публиковать объявления рекламного характера в том числе и рекламирующие другой сайт
6. Публиковать комментарии бессодержательного характера, т.н. "флуд"
7. Размещать комментарий содержащий только один или несколько смайлов
За нарушение правил следует удаление комментария или бан (зависит от нарушения)!!!


Защитный код
Обновить

Последние комментарии

Чтобы сообщить об ошибках в тексте на нашем сайте, нужно выделить текст и нажать SHIFT+ENTER

© 2017 Журнал Смоленск. Все права защищены.
Журнал Смоленск — независимое издание.